И тут вы спросите – каким образом утончённый денди из Лондона, старший офицер полиции, никогда не бывавший в экзотических местах, подхватил странную болезнь?
– Согласен, – куда менее чопорно сказал обер-медэксперт Шварц. – Хотелось бы это знать.
Алиса победоносно улыбнулась:
– Куру болеют только люди, годами употреблявшие в пищу человеческую плоть, – объяснила она. – Иначе говоря – каннибалы. Людоедство даже в наше время сильно развито и в Папуа – Новой Гвинее, и в Африке, и кое-где в Южной Америке.
В каком-то смысле это необходимость: в горах трудно достать пропитание, свиньи у папуасов – такая же ценность, как у нас бриллианты, и в основном туземцы питаются корнями растений и сладким картофелем. С давних пор у них также стало традицией съедать взятых в плен воинов соседних племён, дабы вместе с мозгом и сердцем заполучить их ум и смелость. И разумеется, дары богам, когда жертву поглощают после кровавого убийства на алтаре."
"– А ведь точно, – подхватил Каледин.
– И в античные времена, и в Средневековье каннибализм во имя богов считался нормой. В Ханаане ради успешной войны и хорошего урожая на общем пиру съедали царского сына. На торжествах в честь божества Митры в древней Персии тело жертвенного мальчика вкушали все, кто присутствовал на религиозной церемонии. Ацтеки год поклонялись белокожему и голубоглазому юноше как живому воплощению бога Кецалькоатля, затем торжественно вырезали ему сердце на пирамиде, а мясо бедняги находило упокоение в их желудках.
Да что ходить далеко? Посмотрите, мы же сами, заходя на причастие в церковь, пьём кровь Христову и едим Его плоть. В деревнях Германии и Франции до сих пор из муки самого первого помола выпекается хлеб в форме человеческого тела, который уминают все жители деревни, – это отголосок праздников урожая древних кельтов, приносивших в жертву юную деву. То есть даже сейчас живы символы того, что раньше боги ели людей… Каннибализм в Европе не считался нормой, но и не являлся чем-то из ряда вон выходящим.
Уж извините меня, ещё в начале девятнадцатого века в британской медицине в рецептах прописывали «мох, растущий на черепе мертвеца», порошок из толчёных человеческих запястий, а также сушёную кровь из венозных артерий.[33]
– Без сомнений, – кивнула Алиса. – Стало быть, подтвердились все признаки: у Гудмэна было заболевание куру, причём в самой запущенной форме.
