Автор
В ГУМе есть особенный магазин «Гостиная тетушки Эмили», где каждый предмет — это искусство и любовь к деталям. Как никто не замечает красоту в повседневных вещах, так и вы найдете что-то уникальное для себя или близких, даже если ваш муж Олег Куприн обычно не заходит в такие места....
Ты так попробуй, потусуйся! По мне, уж лучше на службе сидеть, чем по фуршетам носиться, никакого здоровья не хватит. Но именно тусовщики делают моду. На всяческих мероприятиях полно журналистов, потом в глянцевых журналах и газетах появляются снимки. Люди покупают издания, разглядывают картинки и бегут в магазины. Всем охота иметь платье, как у киноактрисы. Для того чтобы засветиться в прессе, актеры, писатели, композиторы появляются на тусовках. Если о тебе пишут, следовательно, ты популярен.
Я кивнула.
– А на что они живут?
– Кто?
– Ну, например, эта Юдина. Если она выпустила несколько лет тому назад всего одну книгу, то небось давным-давно съела гонорар.
Федор доел стаканчик и облизал пальцы.
– Ну, Аська-то постоянно выходит замуж. Сейчас у нее в супругах числится бизнесмен. Впрочем, есть у тусовщиков и способ заработать. Многие готовы хорошо заплатить, чтобы на их вечеринке появилась, допустим, Юдина. Это сразу возводит банальную пьянку в статус светского раута. Опять же журналюги побегут, а каждому охота свою морду на полосе узреть.
– И они ко всем ходят за деньги?
– Нет, друг друга посещают бесплатно, профессиональный тусовщик обязан постоянно светиться, усекла?
Я опять кивнула и уставилась в окно.
Глава 12
День рождения отмечали в ресторане с устрашающим названием «Улыбка акулы». Когда Федор впихнул меня в зал, в глазах потемнело, а из ушей пошел дым. В небольшом помещении было душно, шумно и громко. Потом, обретя возможность оценивать действительность, я увидела море людей с тарелками в руках.
– Эй, Арина, – ткнул меня Федор, – знакомься, Алик, он ведет вечер.
Передо мной возник высокий мужик с красным потным лицом, одетый отчего-то в велосипедные шорты и ярко-синюю майку с надписью «Bay» на груди.
– Ну же, Арина, – снова пнул меня под колени Федор, – дай дяде ручку.
