Женщина только и делала, что плакала. Пусть уж хоть немного порадуется.
– Ты! Поганка! – рявкнул обросший оборотень, сверкая на вновь перепугавшуюся Майяри жёлтыми глазами сквозь грязные волосы. – Иди сюда, я тебя сейчас высеку!!!
Он широко шагнул к девушке, но перед ней вырос Казар – Майяри сразу подумала, что хаггарес определённо заслужил более высокую плату – и с наигранной суровостью посмотрел на лекаря.
– Вы нас обоих уже «высекли».
Шидай замер, непонимающе щурясь, а затем на его лице появилось растерянное и немного досадливое выражение. Отступив, он почесал грязную голову, смотря на Майяри уже с сожалением, но, правда, без вины. Лютый кусал больно, до крови, хоть и щадил своего щенка. Щенков. Своей пастью волк мог перекусить девчонку надвое за один раз или оттяпать сразу всю задницу, но прихватил «лёгким» укусом лишь левое полупопие. Майяри, конечно, заслужила хорошее наказание, но… девочку всё-таки было жалко, хотя извиняться всё равно не тянуло.
– Иди сюда, пустоголовая, – недовольно поманил лекарь спрятавшуюся за спиной Казара девушку, – посмотрю, что там с твоей… юбкой.
– Не надо, – Майяри торопливо отвела руки назад, прикрывая всё ещё ноющее место. – Я уже подлечила.
– А я сказал иди сюда, – зарычал Шидая, темнея от ярости, – взгляну, что ты там наваяла.
– Ранхаш уже взглянул, – девушка упрямо поджала губы.
– Мой друг, ты пришёл в себя, – к ним с широкой улыбкой и в сопровождении Фошия шёл господин Шерех. – Ну и шорох ты вчера навёл! Перепугал девочку чуть ли не до слёз.
– Мне теперь из-за этого раскаяться?! – вызверился Шидай. – Как она меня перепугала! Своих мозгов нет, так, может, хоть через жопу, но дойдёт. Тёмные! – оборотень застонал в отчаянии. – До неё не дойдёт! Я сказал иди сюда!!! В жизни не поверю, что из этой истории ты вылезла только с покусанной задницей. Хоть палец…
Не успел лекарь договорить уже известную фразу, как Майяри высунулась и показала оцарапанные пальцы. Все оцарапанные.
Шидай резко обернулся на зов и увидел Ранхаша, идущего от ручья и на ходу вытирающего мокрое лицо.
– Ещё один! – чуть ли не с ненавистью прошипел лекарь. – Шерех, они моей смерти хотят!
– Ох, Шидай, – друг сочувствующе похлопал его по плечу, – мне иногда кажется, что все мои дети, внуки и правнуки, а также друзья желают моей смерти. Тебе ещё повезло, у тебя их всего двое. И ты бы прикрылся, – консер протянул лекарю плащ, – а то у нас тут барышни.
И подмигнул смутившейся госпоже Дирмайе.
Чуть позже пришли два десятка общинников с дорожными мешками и драконами на поводу, и Майяри, стоя рядом с хайнесом, с холодной торжественностью проводила первый отряд переселенцев в дорогу. А весь оставшийся день хвостиком ходила за господином Шидаем, виноватым взглядом вымаливая прощение.