Она светилась от счастья, и я немного позавидовала ей.
Я не была Алисой и не умела так, как она, радоваться за других. Глядя на ее счастливое лицо и на сияющего Ричарда там, в храме, где несколько дней стояла сама, рука об руку с Беном, я увидела и почувствовала разницу в этих двух союзах.
Мой – заключенный из необходимости, как побег от нежеланного мужчины. И ее – полный любви и света, словно первый шаг к удивительному счастью.
Она его заслужила. А я просто сделала свой выбор и, к слову, не такой плохой.
Молодые отбыли из столицы на следующий же день. И мы с Кэшемом тоже начали собираться.
Сезон закончился, к счастью, весьма удачно для нашей семьи.
Мама была счастлива, ведь она сразу выдала двух дочерей. А я смотрела вперед, надеясь, что там, в имении Бенедикта, найду себя и смогу провести этот год с пользой и в мире.
Глава 10.
В окна экипажа заглядывало солнце. Яркое, уже осеннее, оно пробивалось сквозь ветви деревьев, подступивших слишком близко к дороге, и рябило в глазах, что, впрочем, ничуть не портило моего удовольствия от путешествия.
В дороге мы провели несколько дней, останавливаясь на ночлег в придорожных тавернах, где нас принимали с огромным почтением. Имя Астеров знали все даже за пределами столицы.
Погода сопутствовала путешествию. По небу скользили легкие перистые облака, солнце следило за нами, скользя следом и сверкая лучами, а лес, слишком быстро решивший сменить зеленые одежды на более яркие, превращаясь в огромный цыганский шатер, пестрел всеми оттенками красного, желтого и оранжевого.
- Как скоро мы приедем? – в очередной раз спросила мужа, который, сидя рядом со мной, откинулся на спинку сидения и, казалось, дремал, прикрыв глаза.
- Ты увидишь, не беспокойся, - не размыкая век, ответил Бен.
Я и сама не понимала, почему испытываю такое волнение. Что мне дом Кэшема? Я в нем лишь временная хозяйка, так почему мне важно увидеть этот дом? Почему хочется взглянуть на место, где Бенедикт бегал еще мальчишкой?
Лес продолжал плыть навстречу, а я, прильнув к окну, вдруг увидела там вдали просвет и мелькнувший, еще зеленый, луг или поляну.
- Бенедикт! – позвала Кэшема, но почти сразу замолчала, когда экипаж, сделав поворот, вдруг вырвался из густоты леса на открытое пространство, за которым тянулись пустоши насколько хватало глаз. Но главным было не это. Главным был дом, стоявший на высоком каменном берегу и океан, разлившийся бесконечной синевой подножия скалы.
- О, Бен! – только и смогла произнести, а затем быстро открыла окно и вдохнула полной грудью запах соленой воды и сухих трав, от ароматов которых едва не поплыла голова.
Кэшем сел прямо и взглянул на проплывающий за окном пейзаж. Его он так не восхитил, как меня. Это и не удивительно. Для Бенедикта и дом, и океан, все было знакомым, привычным.