И желательно туда, куда послали.
Злости и раздражения в бледно-желтых глазах не меньше, чем у меня.
— Да, я буду платить Дрейку. За время с чужим слейвом приходится расплачиваться. Ты сама выбрала пойти под него, тебя никто не заставлял.
— Конечно, выбрала! Я была в ловушке!
Всплеснула руками на идиотскую претензию.
Какого черта он меня обвиняет?!
Макс дернул за руку на себя, развернул спиной к себе.
Судорожный выдох вырвался от стянувшего приятного ощущения крепких объятий. Ладонь пробралась под кофту и легла на живот и талию. Шею опалило горячее дыхание, пуская дрожь по телу.
Прикрыла глаза от легкого хрипа в низком голосе за ухом.
— Ты была в моих руках.
— Да, я это и сказала, — мой голос утратил резкость.
Закусила губу, сдерживая стон от горячего поцелуя на сгибе шеи. Клыки царапнули тонкую кожу, подбрасывая воспоминания из сна.
Истинность довольно замурчала, а я, наоборот, зарычала.
— Поставишь метку, и я тебя убью.
Макс оторвался от шеи, усмехнулся мне в ухо.
— И лишишь себя пары на всю жизнь. Запах-то останется.
— Лучше так, — процедила, борясь с податливым телом.
Нет, прежнего сумасшедшего, испепеляющего желания не появилось. Появилось другое. Желание нежности, именно с Малиным.
Я и нежность совершенно несовместимы.
Макс отпустил меня, отступил на шаг.
Верное решение. Правильное.
Развернулась, сцепила руки под грудью, уверенно встречая недовольный взгляд.
— Ты меня не знаешь, и при этом решаешь, что лучше одной, чем со мной?
— Ты столичный. Это все, что мне нужно о тебе знать. Я приезжая, биомусор — это все, что тебе надо знать обо мне.
Малин шумно выдохнул.
— Я о тебе знаю немного больше. Ты упрямая. Уперто идешь к цели. Я не уверен, что ты до конца понимаешь, к чему в итоге хочешь прийти. Любишь решать за других, даже когда тебя об этом не просят. Продолжать?
К чему это все? Сложные разговоры, попытки друг друга задеть, что-то выяснить.
Я подпишусь под каждым словом, это правда. Немного неприятная, да.
— Только не говори, что ты вдруг истинной парности захотел, — мотнула головой, невольно намекая на верный ответ.
Малин не изменился в лице, по-прежнему смотрел с недовольством.
Он прислонился спиной к стене, смотря сверху вниз.
— Я не хочу остаться бездетным импотентом. Нормальное нежелание, по-моему, нет?
Одним лишь псевдо-спокойным видом выводя из себя.
— Это вероятность. Всего лишь! Не факт, что именно это с тобой случится.