Андрес сидел на витрине магазина, рассказывает забавную историю про студента, который сел в лужу, вызывая хохот у всех присутствующих. В этот момент я думала, что мне пора домой, но удивительно приятная атмосфера магазина заставила меня задержаться ещё немного.
Но при взгляде на груды книг они как-то очень быстро уходили, правда, оставляя за собой чувство вины. Родители наверняка бы захотели знать, кто убийца старшей дочери, и отсутствие горничной их бы не остановило. Я решила, что подумаю над этим, если в ближайшие пару дней не выяснится, кто преступник. Поэтому, когда мы выбрались в Кестийское отделение Сыска к Беранже, первым моим вопросом ему было:
– А Нильте и Феррейра так и не сознались?
– Почему не сознались? – удивился он. – Они признаются с такой скоростью, что артефакты не успевают фиксировать.
– И кто из них убийца? – с нескрываемым интересом тут же спросила я.
– При чем тут убийство? – недоуменно спросил Беранже. – Мы им не занимаемся, только черной магией. По убийству – к Суаресу. Разве что Нильте призналась, что нашла труп девушки первой и со страху провела ритуал «Успокоения души», чтобы на нее не вышло наше ведомство. Как вы уже поняли, ей это не очень-то помогло, только затруднило Сыску поиски настоящего убийцы.
– Значит, они оба отрицают, – убито сказала я.
– Помилуйте, им обоим это совершенно невыгодно было, – заметил Беранже, – Тереса не успела выполнить свою часть договоров, в то время как они оба выполнили свою.
– Помнится, на обеде фьордина Берлисенсис рассказала трагическую историю о паре, где девушка как раз воспользовалась черной магией, чтобы приворожить любимого, – припомнил Андрес. – Тереса была явно напугана. Возможно, убийство произошло из-за страха разоблачения?
– Да, напугана, – покивал Беранже, – и сразу же высказала это Нильте.
– Значит, зря мы эти договоры нашли, – мрачно подвела я итог.
– Почему это? – возмутился Беранже. – Ваша находка позволила задержать целую организованную группу, практикующую черную магию. Вашей сестре повезло, что ее убили, иначе сейчас тоже давала бы показания, а потом под суд – и в тюрьму.
Какое странное представление о везении у этого полковника. Уверена, что сама Тереса предпочла бы попасть под суд, но живой.
– А так – в связи со смертью освобождение от уголовной ответственности, – продолжал Беранже. – И это непорядок. Все преступники должны понести наказания за содеянное.
– Куда больше-то наказывать, чем уже есть? – выразил Андрес мои мысли. – Смерть все искупает.
