Автор
Скрытые истины влекут за собой мир мафии и братвы русской преступности. Внутренняя жизнь этого жестокого мира раскрывается через глаза маленькой голубки - символа и личности, которая может изменить всё, что вы думали знать о непростых отношениях между этими группами.
– Но он говорит, что такая хрень вредит делам. – Я беру еще горсть орешков и кричу: – Паша! Постарайся не убить его. Папочка рассердится.
Байкер выбирает этот момент, чтобы замахнуться кулаком. Лицо излучает уверенность. Он явно думает, что уложит Павла одним ударом. Павел пригибается. Растерянный взгляд байкера бесценен. Павел бьет его в живот, и здоровяк отшатывается назад. Я громко смеюсь. Байкер все еще пытается сориентироваться, когда Павел наносит идеальный удар ногой с разворота. Каблук туфли Павла за тысячу долларов попадает в висок громилы.
Смех стихает, сменяясь перешептыванием.
– Черт побери, офигенный прием, – бормочу я с набитым ртом и поворачиваюсь к Дрейку. – Теперь мы можем обсудить, что там с наркотиками?
Президент клуба смотрит на меня, сжав губы в тонкую линию.
– Ну ты и дрянь.
– Что? – Я поджигаю сигарету и делаю большую затяжку. – В молодости Паша участвовал в подпольных боях. Я же сказал, что он может справиться с любым из ваших людей.
Низкий гул голосов стихает, и воцаряется полнейшая тишина.
– Ты пришел ко мне, чтобы выставить меня дураком, Белов? – выплевывает Дрейк. – В этом был твой план?
– Нет, Дрейк. Мой план был в том, чтобы посмотреть, насколько серьезно ты относишься к ведению дел. И, судя по тому, что только что произошло, ты, кажется, больше заинтересован в скандалах, нежели в сотрудничестве. – Я тушу сигарету и беру в руку недопитый стакан виски, стоящий на столе. – Меня правда бесит, когда люди тратят мое время впустую.
Я выплескиваю алкоголь ему на грудь, щелкаю зажигалкой, которую все еще держу в руке, и бросаю в него.
Дрейк кричит, вскакивает со стула и мечется из стороны в сторону, в то время как пламя пожирает его одежду и кожу. Я падаю на пол, перекатываюсь к концу стойки справа от меня и сажусь. Крики и вопли женщин наполняют комнату. Двое байкеров бегут к президенту, держа куртки, чтобы потушить ими пламя. Остальные уже хватаются за оружие. Я достаю пистолет из кобуры на лодыжке, выпрямляюсь и стреляю в троих байкеров, затем пригибаюсь обратно.
"Группа женщин с криками прячется под столом в углу. Павла нигде не видно. Его часов и пиджака больше нет на столе. Я покидаю свое укрытие, стреляю в двух последних мужчин, пытающихся потушить пламя, затем прохожу через комнату, стреляя каждому из упавших байкеров в лоб. Кто-то мертв лишь тогда, когда во лбу зияет дыра. Вот мой девиз. Он даже рифмуется.
