– Теодор исследовал Стражей, верно? И Нил был его главным объектом… – Карвер позволил остальному повиснуть в воздухе.
– Верно, – наконец согласилась Эбби. – И, по словам Лэндсмена, Теодор имел привычку манипулировать своими исследованиями, чтобы получить желаемые результаты.
– Нил наверняка был в совершенно растрепанных чувствах, когда они встретились. Им было легко манипулировать.
– Ты думаешь, Теодор использовал настроение Нила после разрыва, чтобы… что? Вписать его в рамки своей исследовательской работы?
– Нил находился в неустойчивом состоянии. Может, Теодор углядел в этом какую-то возможность.
– А может, и раньше манипулировал им, – добавила Эбби, поворачиваясь к Карверу. – Джеки сказала, что пару месяцев до Хэллоуина Нил становился все более и более одержимым Стражами. И примерно в это же время они с Теодором начали встречаться. Может, эти две вещи связаны.
– И частота их встреч продолжала увеличиваться, – подхватил Карвер. – Причем непохоже, чтобы Нил знал, что является объектом исследования, верно? Теодор вел себя как просто один из Стражей.
– Да. – Эбби пожевала нижнюю губу.
– Может ли это как-то помочь переговорам? Если дело именно в этом?
– Абсолютно все, что мы знаем, может помочь, – твердо сказала Эбби. – Не исключено, что если Уилл заставит Нила понять, что тот действует так лишь потому, что им манипулировал Теодор, это может повлиять на поведение Нила. Он будет более расположен сдаться.
– Уилл позволит ей поговорить с Нилом?
– Не исключено. – Эбби нахмурилась. – В подобных ситуациях нужно сто раз подумать, прежде чем допускать к переговорам супругов. Тем более в нашей, где все уже накалилось почти до предела. Если позволить им пообщаться, это может привести к появлению целого ряда неизвестных проблем. И Джеки далеко не профессиональный переговорщик. Уиллу придется проинструктировать ее, о чем можно говорить, а о чем нет. А если Нил склонен к суициду, это лишь усугубит ситуацию.
– Склонные к суициду часто хотят поговорить со своими близкими, прежде чем покончить с собой. Это может подтолкнуть его к краю пропасти.
– Но он вроде не кажется склонным к суициду.
– Согласна. И еще эта беременность… Будущее – это просто фантастический рычаг для переговорщика. Мы хотим, чтобы у людей была надежда. А неродившийся ребенок – самое обнадеживающее будущее, какое только можно придумать. Это может в корне изменить правила игры.
– Так ты позволила бы ему поговорить с ней? Если б сама сейчас вела переговоры?
Карвер взял ее руку в свою. На ощупь она была холодной. Эбби замерзла? Чувствовала ли она вообще, тепло ей или холодно, голодна она или устала? Или была полностью поглощена гложущим ее беспокойством за свою дочь?
Он слегка сжал ее руку.