Автор
В темном дворце жены мачехи найдется место лишь для притворства и отчаяния — а здесь каждый день становится новым испытанием. Тысячи хрустальных дверей, тысяча таинственных шепотков — и ты одна знаешь, что темный выбирал тебя не только по физиономии.
Кейрин скептически хмыкнул, но героически промолчал.
– Лэя Марта – ведьма, а у ведьм свои особенности, – напомнил Шайен. – Мы не можем запретить фамильяру сопровождать ее – между ними установилась эмоциональная связь.
Я кивком подтвердила слова мужа и сжалась в ожидании решения Хирама. Если он запретит Кейрину показываться на глаза, я оспорю это позже, но если захочет уничтожить… Дар внутри словно ощетинился, а потоки магии засветились ярче обычного. Я дам отпор, даже делегация Ристана меня не остановит.
Наверное, Хирам прочел что-то в моем взгляде, потому что вдруг холодно сообщил:
– Можете оставить питомца при себе, лэя Марта. Но вы отвечаете за все его действия. И смею надеяться, я не пожалею об этом.
Кшатр недовольно завозился у меня на руках – видимо, ему не понравилось, что его назвали питомцем.
– Я и сам в состоянии ответить за свои поступки, – оскорбленно фыркнул он.
– Вот и славно! – подытожил Хирам.
Придворные вокруг зашептались, обсуждая случившееся. Я перевела дыхание, как вдруг к нам приблизилась Леона.
– Такой милашка!
Котяра икнул и с ужасом уставился на ее величество:
– Я?
– Милашка? – усомнились в толпе.
– Мне нравится его необычный вид. Это так… свежо!
Я едва не рассмеялась: уж больно ошалелый вид был у моего фамильяра. Он даже попробовал забраться мне под мышку, словно настоящий кот. Люди, только что презрительно поглядывавшие на кшатра, наперебой начали нахваливать его внешность.
Я широко улыбнулась: теперь никто не осмелится назвать Кейрина тварью или уродцем. Кто захочет открыто выступить против императрицы? Хитро! Я с благодарностью посмотрела на Леону, но подойти не вышло: нас обступили гости, которые желали лично выразить свое восхищение. Придворные везде одинаковы!
К счастью, в этот момент заиграла музыка и в середину зала потянулись танцующие. Я получила передышку, а Кейрин, буркнув что-то неразборчивое, спрыгнул на пол и затерялся среди гостей.
Я обратилась к нашей связи и, охнув, закусила губу. На меня нахлынул водоворот эмоций: смятение, обида, несмелая радость и многое другое. Казалось, я даже слышу отголоски его мыслей. Кшатр размышлял, долго ли продлится это безобразие, и думал, что его маленькая комнатка не так уж плоха. Неужели в будущем мы сможем общаться, не произнося слова вслух?
Голос Шайена отвлек меня от размышлений.
– Мы справились, – улыбнулся он.
