Автор
В темном дворце жены мачехи найдется место лишь для притворства и отчаяния — а здесь каждый день становится новым испытанием. Тысячи хрустальных дверей, тысяча таинственных шепотков — и ты одна знаешь, что темный выбирал тебя не только по физиономии.
Мачеха и Николь поцеловали в щеки, однако в глубине их глаз горело торжество. Зато когда очередь дошла до близняшек, они крепко сжали меня в объятиях и залились слезами.
– Ты помнишь, что обещала писать? – всхлипнула Кара.
– Я найду способ связаться с вами, – ответила я, преисполняясь решимости выполнить обещание.
Тина взяла меня за руку, и я вдруг почувствовала, как что-то скользнуло в ладонь. Спрятав подарок в карман дорожного плаща, я поцеловала обеих сестер и наконец разорвала объятия.
Темные уже вскочили на нетерпеливо гарцующих лошадей.
– Вы были ужасными родителями. Пожалуй, я даже рада, что уезжаю. Считайте, что у вас больше нет дочери – теперь я принадлежу Хейдорину.
Насладившись вытянувшимся лицом императора, я забралась в карету. Пользуясь тем, что лэя Ирма смотрела в окно, быстро вытащила из кармана вещицу Тины. Блеснул огромный алмаз, и я удивленно присвистнула. Да это же любимая брошка сестры! Даже не верится, что она рассталась с ней ради меня.
Карета дернулась и покатилась по брусчатке. Я перевела взгляд в окно: с каждой минутой родные отдалялись, и вскоре мы миновали ворота. На каменном мосту затрясло, и я схватилась за подлокотники.
Лэя Ирма окинула меня брезгливым взглядом и бросила платок:
– Не реви.
"Кажется, поездка будет долгой!
– Вас это не касается, – отчеканила я и отвернулась к окну. Улицы столицы утопали в темноте, и мне оставалось лишь догадываться, где именно мы едем.
Лэя Ирма прицокнула языком и пересела на мою сторону. Взяла меня за руку и с чувством произнесла:
– Марта, прежде наши отношения оставляли желать лучшего, но я предлагаю зарыть топор войны.
Ее речь звучала убедительно, но я не торопилась отвечать. С сомнением повернулась к Ирме и прищурилась. Неяркого света магического шара было достаточно, чтобы рассмотреть ее лицо. Она выглядела искренней, но это было даже подозрительно. С чего вдруг она изменила тактику?
– Ну допустим, – отозвалась я и аккуратно высвободила руку. – Нам действительно незачем ссориться.
