Но локальный перевес в численности был по-прежнему у Дерруда. Конунг ушел левее, под прикрытие оставшихся защитников. Машег опять выбросил смешные три, не дотянув ровно одну позицию до нужной клетки. Дерруд хохотнул, бросил кости (выпало шесть, но конунгу хватило бы и двух) и снова оказался в одном ходе от победы.
Машег сжал кости в кулаке, потряс, подул, пробормотал что-то по-древнееврейски и метнул кости.
Ринувшийся через всю доску, на одиннадцать клеток, «топор» отрезал конунга от спасительного выхода. Отчаянный ход. В трех клетках Деррудов «хускарл». Один ход – и прижатый к краю резкий «топор» слетит с доски.
Дерруд зарычал, но сделать ничего не мог. «Хускарл» не дотягивал. И это была катастрофа. Минут через пять подтянувшиеся «топоры» обложили Деррудова конунга. Конец игры.
– Удача, – недовольно пробурчал Дерруд. – Слава богам, это всего лишь игра. Кочень, что ты тут делаешь? Твое место – у ворот.
– А… Так это… Здешний князь, который старший, желает видеть Вартислава.
– Когда? – спросил Сергей.
– Сказано не медлить.
– А что сразу не сказал?
– Так это… Досмотреть игру.
Логично. Досмотреть. Великий князь может и подождать.
– Твоему хузарину можно верить?
– Я ему верю, – сказал Сергей. – К чему твой вопрос, великий князь?
– А я могу ему верить?
Сергей пожал плечами, ответил уклончиво:
– Ты можешь верить мне. Как я доверяю тебе.
«А я тебе верю примерно как кувшин сметаны доверяет кошке», – добавил он мысленно.
Олег если и уловил подтекст, то виду не подал.
– Он знает что-то о делах и намерениях хузарского хакана? Готов с тобой поделиться?
– Род Рузиев в родстве с хаканом всех хузар Беньяху, – осторожно ответил Сергей. – Не близком. Но даже против дальней родни Машег не пойдет. Против нас – тоже, – уточнил он на всякий случай.
Правильней было бы сказать: не пойдет против Сергея. Но так дипломатичней. Да Олег и сам должен сообразить, что родня для Машега важнее, чем интересы киевского князя.
– Ты говорил, хузары теперь с нами, – напомнил Сергей. – Что-то изменилось?
Великий князь задумался. Наверняка: говорить или не говорить? Знает, что любая сообщенная Сергею информация тут же отправится к Ререху. А от него – дальше. По всему союзному войску.
Можно ничего не говорить. Но если сейчас отправить сообразительного парня восвояси, то результат будет еще хуже. Шила в мешке не утаишь.
По глазам видно: очень хочется сунуть Сергея куда-нибудь в тихое и недоступное место. Очень хочется…
– Великий князь, я не могу не сказать своим, но могу попросить их молчать, – предложил Сергей.
– Мне донесли, что булхаци Песах заключил мир со стратигом Херсонской фемы. Мир, выгодный для хузар. Очень выгодный.
Булхаци Песах. Ага.