Девушка, которая влюбилась в криминального босса, решилась на немыслимое — она бросила его и украла огромную сумму. Теперь ей нужно скрываться от мафии и спасать собственную жизнь. Опасный роман, где каждый день может быть последним, а доверие — роскошь, которую она не может себе позволить.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Сквозное. Навылет»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Девушка, которая влюбилась в криминального босса, решилась на немыслимое — она бросила его и украла огромную сумму. Теперь ей нужно скрываться от мафии и спасать собственную жизнь. Опасный роман, где каждый день может быть последним, а доверие — роскошь, которую она не может себе позволить.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ольга Вадимовна Горовая Самиздат подборки серии
Девушка, которая влюбилась в криминального босса, решилась на немыслимое — она бросила его и украла огромную сумму. Теперь ей нужно скрываться от мафии и спасать собственную жизнь. Опасный роман, где каждый день может быть последним, а доверие — роскошь, которую она не может себе позволить.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Не поверил бы, что бывает так, расскажи кто!
— Поняла, чудо? По любому вопросу пиши или звони, не смогу говорить — сообщением отвечу, — ей в рот прошептал, не закрывая глаза, упивался тем, как она выглядела, когда на его поцелуй отвечала.
— Поняла, Денис, — так же ему в рот Тала в ответ прошептала, открыв веки, которые явно потяжелели и норовили опуститься вновь. — Поняла, мой огнедышащий дракон, — ввернула явно с иронией, от которой он рассмеялся.
Вот прям ощущалось, что бурлит у нее внутри, несмотря на усталость, тянет поспорить… Видимо, насчет того, что уже все распланировал."
"Ага, он помнил и про ее «самостоятельность» и про «взрослость». Только что-то ему вовсе не по душе было видеть результаты ее самоуправства своей жизнью, так что…
— Не злись, я в своем праве, — хмыкнул, подняв ее правую ладонь и теми же горячими губами прошелся по пальцу с кольцом, заставляя кожу Талы покрыться мурашками.
— Которое как бы вопросом не оглашал, — не сдалось это феменистичное, очевидно, чудо. Ну-ну.
— Насколько я помню, ты сама на все согласилась еще в клубе, Тала, — чуть прикусив тонкую, точно что светящуюся кожу над костяшками, покачал головой. — Я предупреждал, что ты попал в цель. А я свое умею оберегать. Хватает и мозгов, и силы, и власти…
— А чувств? — ехидно поинтересовалась шепотом Тала, заломив бровь, будто Мефистофель. Но Денис-то чувствовал трепетную дрожь, которая по ее телу уже разошлась, разгоняя кровь, увидел, как забился пульс на тонкой шее.
— А чувства у нас априори подразумеваются, золотая моя, — заявил безапелляционно, прижав Талу к своему боку, так и не отпустив лицо. Обвел пальцами губы, которые она поджала тут же.
Вот просто ощущал, как вспыхивает… И как ей удается себя сдерживать при таком характере? Самоконтроль… Шуст это уважал, зная, чего такое владение собой стоит, особенно когда тебя сознательно подкалывают, играя на болевых точках, и еще больше ей восхищался.
— Ты решил? — таки ввернула Тала тихо, цапнув его зубами за этот палец.
— А кто еще? — расплылся в ухмылке, как-то аж слишком довольный. Зато ее растормошил, чего и добивался.
— Мне пора чудо, рейс международный, его ради меня не задержат, — тихо усмехнулся Денис, сжимая Талу в своих руках.
И… Что ж, стоило признать, что ему отпускать ее не хотелось настолько же, насколько Тала, очевидно, не была в состоянии от него отойти. Цеплялась, давила своими ладонями на его затылок, заставляя продолжать поцелуй, всем телом к нему приникла. Ожогом на коже…
Оба стояли в прихожей у самых дверей. Чемодан рядом, Шуст уже в ботинках и пальто…
— Хорошо, иди, — кивнула, с тихим вздохом, уткнувшись холодным носом в его шею.
И не отступила ни на сантиметр же! Будто страшно ей.
