Внутри зеркала зрачки подруги расширяются от восторга. В мир за дверью — куда более интересные игры, чем унывные домашние вечеринки. Света готовится к невиданному приключению, а ее подружка уже планирует новые хитрости и сцены шоу.
Но в этот раз правильное, что ли, хорошее опустошение из-за того, что все из себя выпустила, сбросила ту неподъёмную тяжесть.
— Значит, теперь понимаешь меня, когда я ни о чем, кроме тебя, думать не могу? — хмыкнул Шуст, целуя ее скулы, ресницы, губы, влажные от слез.
— Понимаю, — кривовато усмехнулась, но больше устало, почему-то осознав, что накатила сонливость, которой нет сил сопротивляться.
— Так не заставляй меня и дальше бояться за тебя, чудо! Я же спать не в состоянии, постоянно думаю, как эти гребанные раковые клетки поджидают, чтобы украсть тебя у меня! — рявкнул… но тихо, будто заметил, что она отключается, не хотел тормошить.
— Давай уже завтра, пожалуйста! Я просто хочу с тобой посидеть, Денис… Не представляю, как несколько суток вновь не касаться, — превозмогая свою сонливость, попросила чуть жалобно, поерзав, чтоб удобней устроиться в руках любимого.
Денис шумно выдохнул, сильнее стиснул руки.
— Что ж, не могу не признать, что ты умеешь так же метко доводы находить, как и стрелять, оказывается, чудо.
И медленно поднялся с Талой на руках, явно направившись к кровати в палате.
— Давай, хоть удобней тогда устроим тебя, чудо. Да и врачам я про смену планов и перенос мероприятия на завтра, должен сообщить, — пояснил, увидев, как Тала судорожно в его рубашку пальцами вцепилась, чтобы не отпустить. Не в этот раз…
Но… ладно, тут смысл был, пришлось позволить.
Глава 34"
"Врачи не просто согласились, а и сами настоятельно порекомендовали перенести процедуру, давя на то, что в таком состоянии, пациентка воспримет все гораздо тяжелее. И хоть Денис почти физически не мог уже выдерживать пресс постоянного реального страха, что раковый процесс к ней вернётся, сам тоже не дурак, понимал: в этот момент Талу еще и через лечение радиацией проводить — только добивать психику. Достаточно адекватен был, чтобы осознавать: выдохнув, она гораздо проще и легче выдержит все, что необходимо.
Да и ему спокойней. Видеть жену в таком состоянии, как двадцать минут назад, когда в ее палату влетел — что самому в живот себе нож вонзить и прокручивать, кромсая кишки в ошметки.
Потому не стал давить, когда Бондарчук предложил отложить на два дня процедуру. Да и врачи были уверенны, что это не приведет к осложнениям, наоборот, даст больший эффект.
