Внутри зеркала зрачки подруги расширяются от восторга. В мир за дверью — куда более интересные игры, чем унывные домашние вечеринки. Света готовится к невиданному приключению, а ее подружка уже планирует новые хитрости и сцены шоу.
— Потому что это огромное счастье — наш с тобой ребёнок? — и не думала проседать под его напором Тала, ловя ладонью толчки малыша, да и Денис те тоже не пропускал и руку свою не забирал от ее живота. — Чудо же, что мне здоровье позволило и все так хорошо проходит…
— Хорошо?! Ты совсем силы теряешь! — кажется, не собирался ее муж сдавать позиций.
Все же упорству Шустова в достижении целей можно было позавидовать, и сейчас он точно вознамерился убедить Талу, что она едва ни при смерти. Но ведь и Тала — Шустова, и уже давно, его стараниями, кстати, так что тоже давно научилась фамильной черте следовать до последнего, всегда добиваясь результата.
— Денис, я легла отдохнуть на десять минут, а ты устроил такую трагедию, будто меня хоронить собрался! — фыркнула, стараясь показать, что вообще повода для печали нет и он немного перегибает палку.
— Вот даже говорить такого вслух не смей! И вовсе не думай о подобном, Тала! Я серьезно! — рявкнул муж натурально в полный голос.
Она видела не раз, как огромные мужики от такого его тона серели и будто к земле пригибались. А ей только сильнее улыбнуться хочется. Обожает!..
— Ты все больше устаешь, — обхватив ее и второй рукой под плечи, для надежности, видимо, Денис прижал Талу к себе так сильно, что она слышала, как его сердце за ребрами бьется. — Я же удавлюсь, если с тобой что-то случится, чудо мое! Сам себя сживу со свету! — тихо добавил ей в самое ухо, но с таким напором, с таким накалом эмоций, что Талу затрясло.
Сама мужа обхватила, обняла за шею, уткнулась носом туда, где сильный пульс бился.
— Денис! Все нормально! И сейчас, и потом будет. И со мной, и с нашим сыном, которого ты уже тоже любишь, даже не спорь, я твои мысли слышу, помнишь? — поцеловала его, больше чтоб перебить, конечно, но оно ж у них всегда моментально затягивало обоих. — С нами все будет в порядке. Со всеми нами, — тихо, но категорично проговорила.
— Знаешь, чудо мое, если жизнь с тобой меня чему-то и научила, так это тому, что ни фига просчитать невозможно, — хохотнул Денис как-то совсем невесело, почти не отрываясь от ее губ. — Вот я и хотел бы понять, как именно согласился на такой риск для тебя? Что за затмение разума на меня нашло, Тала? Я же вообще никаких детей даже в теории рассматривать не собирался, — будто попрекнув, опять проворчал.
