В холле аромат дурманящего кофе смешивался с запахом свежевыжатой лимонной воды. Я взяла себя в руки, как и мою вязаную шапочку над головой — только вместо чашки у меня была длинная платье-плащ, скрывающий красное огонь платье под цвета рыжих волос.
Когда физически выкладываешься, мозг просто отключается на несколько часов. Так мне удается немного отдохнуть… Но если так пойдет дело, мне придется отдать бразды правления Дилану. По крайней мере, на какое-то время.
Дария Роттвид, 26 лет, медик. Положительный иммунный статус, замужем не была, половых партнёров не было. Психологически устойчива, обучаема… — я беглым взглядом проходился по каждой, все дальше загоняя свое настроение в задницу.
София Кельми, 30 лет. Служила в армии, по результатам анализа и личного опроса бывших половых партнёров — двое, замужем не была, психологически устойчива, однако, имеются некоторые проблемы с самооценкой.
Ну и дерьмо.
Я в Квартейле чуть больше пяти лет, почти уже шесть. Когда мир пошел прахом, армия еще несколько лет пыталась собрать его куски воедино. Полегло много наших ребят, очень много. Ведь мы были на красной линии соприкосновения. Три года ада, тысячи смертей, миллионы. Страшно вспоминать, какие приказы нам тогда приходилось исполнять.
— Пойми, Курт, — тяжёлая рука Николаса тогда опустилась мне на плечо, — Старые законы не сохранят новый мир, и тем более не возродят его. Нужны новые методы, которые, может быть, чужды старому миру. Но так нужно. Иначе у нас нет будущего.
И я присягнул новому миру, вместе со своими ребятами, и другими солдатами, не из моей группы, которые так же положили голову за этот новый мир.
— Вспомни, что тебе приходилось делать, чтобы выжила эта несчастная кучка из трёх тысяч человек, — добивал меня Николас, — Никогда не забывай об этом. Только помни, что на этот раз тебе не придется выбирать, марая собственную совесть. За тебя выбор будет делать Квартейл.
Да, я помню, что мне приходилось делать. Жертвовать тысячами, чтобы выжили сотни. Ясно, в чем истоки этой чертовой бессонницы. Как все мы ещё не сошли с ума… А, может быть, и сошли.
