Автор
Сладкое Искушение — это история Эллен, женщины, чья жизнь рушится, когда жена внезапно умирает. Теперь она вынуждена взрастить двух маленьких дочерей одному из самых богатых и опасных бизнесменов города. Сюжет полон загадок и неловкостей, как Эллен пытается сохранить семью в условиях нового баланса между любовью и заботой о своих дочерях, а также соблазнительными предложениями влиятельного бизнесмена....
Гайя, моя сильно беременная жена, сидела верхом на своем сводном брате, оба были обнажены.
Моя жена трахалась со своим сводным братом.
Секунду мы оба не двигались с места.
Гайя вскрикнула, прикрывая грудь, будто я имел меньше прав видеть ее, чем ее ебаный сводный брат. Они обменялись взглядами, и я понял, что это продолжалось уже очень давно, возможно, даже дольше, чем мы с ней были женаты.
Горький привкус предательства расцвел у меня во рту, сменившись непреодолимой жаждой мести. Я закрыл за собой дверь. Андреа оттолкнул Гайю и бросился к пистолету, лежавшему на ночном столике.
Он взревел в агонии.
— Нет! — закричала Гайя, вскакивая на ноги и направляясь к оружию. Я оказался рядом с ней в два больших шага, обхватив руками ее грудную клетку выше живота.
— Нет! — закричала она, вырываясь из моих объятий. Я закрыл ей рот ладонью и потащил в ванную.
— Перестань кричать, — прорычал я.
Ее приглушенные крики не прекращались. Ей было все равно, услышит ли это наш сын. Я втолкнул ее в ванную и запер дверь, прежде чем снова повернуться к Андреа, выходивший из своего вызванного болью оцепенения. Гайя забарабанила в дверь. Андреа снова попытался достать пистолет. Я выстрелил и в другую его руку, чувствуя болезненное удовлетворение от его крика агонии. Он упал назад с придушенным криком, держа свои изуродованные руки перед собой.
— Не трогай Андреа! Не делай этого, Кассио, или я клянусь, что убью ребенка в своем чреве.
Я застыл, скосив глаза на дверь, не в силах поверить в сказанное Гайей. Я прошествовал в гардеробную, схватил скотч и наручники и вернулся в спальню. Андреа не представлял для меня опасности в его нынешнем состоянии.
Я открыл дверь, и Гайя чуть не упала на меня. Как только она увидела, что я держу в руках, она отшатнулась назад и схватила мою беспощадную бритву, прижимая ее к нижней части своего живота.
— Не трогай его, или я вырежу Симону из своего живота.
— Ты причинишь боль своей дочери из-за этого человека?
— Ты все равно не поймешь! — прохрипела она. — Я любила его всю свою жизнь. Он единственное, что имеет значение.
— Положи бритву, Гайя, и мы сможем поговорить.
— Ты никогда не оставишь его в живых. Я знаю тебя. Либо он, либо ты.
— И ты хочешь моей смерти.
— Да, — в этом слове не было и намека на колебание. — Я так давно желала твоей смерти. Я больше ничего не хочу.
