Огромный снежный буран грохотал вокруг Алекса, пытаясь унести его под своими монолитными хлопьями. С каждым новым вдохом воздух становился тяжелее, словно он сам весил килограммы, но он не сдавался. Он понимал, что нужно подняться и быстрым шагом пробиться сквозь этот ад, чтобы добраться до места встречи....
Переглянулась с Алексом, явно недовольным таким ее заявлением, и добавила веско. – Льва Кулагина.
Ульяна это имя явно отметила. Растерялась еще более и принялась смотреть в пол да теребить фартук.
Алекс же послал Лизе еще один упрек взглядом и заговорил с женщиной куда мягче. Объяснился:
– Мы по-прежнему расследуем смерть вашей дочери, Ульяна Павловна. И, кажется, это напрямую связано с ее ученицей – Пашей. Скажите, это она на фото?
Хозяйка взяла фотокарточку в руки, прищурилась, чтобы разглядеть лучше и согласилась:
– Да, похожа… – и только потом женщина догадалась: – это что же… она мертвая? Пашенька тоже?!
Выронив карточку, прижав к лицу передник, женщина плакала столь горько, что Лиза немедленно устыдилась.
И в поисках поддержки посмотрела на Алекса.
Тот был деликатнее. Позволил женщине выплакаться, сказал что-то ободряющее.
– Господи, горе-то какое… Это кто ж ее так? – наконец, спросила Ульяна.
– У полиции есть версия, что и Пашу, и вашу дочь убил один человек. Потому нам так нужна ваша помощь. Помните то письмо из пермской гимназии? Откуда оно появилось? Быть может, принес кто-то незнакомый?
Ульяна, утирая слезы, покачала головой:
– Нет-нет, с почтою принесли, с журналами. Машенька много журналов-то выписывала. – Ульяна взглянула на Алекса обеспокоенно и добавила: – а Машеньке ведь то письмо не понравилось. Уговаривала она Пашу самой написать в гимназию да выспросить, что к чему – опосля уж ехать.
– А вы уверены, что Паша именно в Пермь уехала? – осторожно спросил Алекс.
Женщина и правда в этом усомнилась:
– А Бог его знает… Я-то как на зло в приходе в тот день с утра была: девчата одни остались. Маша сказывала, кто-то постучал, Паша и отправилась открывать.
– Маша описывала ту коляску? Как она выглядела?
Ульяна напряглась, припоминая:
– Говорила, что черная, с верхушкой поднятой. Очень приличная. Парой гнедых запряжена.
