Упершись носками ботинок в землю, рывком выбросил Джен наружу, и она растянулась ничком в метре от ямы, живописно увешанная полозами, словно какая-то древняя жрица таинственного змеиного культа. Выбравшись следом, Мазур поднял ее на ноги, прислушался. Убедившись в отсутствии противника, старательно обобрал с девушки всех змей, швыряя их наземь, – а там и с себя стряхнул спасителей.
Покрутил головой: Джен пошатывалась, закатывала глаза так, что это предвещало нешуточный обморок в самое ближайшее время. Схватив ее за руку, Мазур кинулся прочь – подальше от змеиной ассамблеи. Джен тащилась следом безвольной куклой. Вертолетов не слышно.
Тайга становилась гуще. Мазур остановился, лишь убедившись, что в пределах видимости не осталось ни единой змеи. Опустил девушку в мох, взялся сначала за фляжку со спиртом, но тут же передумал и полез за аптечкой. Распахнув алюминиевый футляр, пробежался кончиками пальцев по рядку шприцев, трубочек с таблетками, прочих причиндалов, словно пианист по клавишам. И решительно вынул из гнезда шприц-тюбик с четкой красной маркировкой: «Прилив-2», снял с иглы пластмассовый колпачок. Расстегнул пуговицу у запястья, умело вогнал иглу в локтевую вену, старательно выдавил тюбик. Джен сейчас была идеальной пациенткой – лежала трупом, не воспрепятствовав и жестом, чуть пошевелилась, когда игла входила в вену, но тут же обмякла.
Закурив, Мазур присел рядом на корточки, прекрасно зная, что результата ждать недолго. Первую сигарету высосал в полдюжины затяжек, вторую уже смаковал. Ситуация его не радовала, но и для печалей нет поводов. Маршрут должен был пролегать по довольно диким местам – в сторону Южной Якутии и Транссибирской магистрали, в краях, не обремененных ни золотом, ни человеческим жильем, ни даже лагерями, по крайней мере в радиусе километров двухсот. Натолкнуться здесь можно лишь на случайного охотника или браконьера-рыболова.
Аккуратно сунул в мох окурок, покосился на девушку. Спросил:
– Глоточек спирта, леди?
– Не надо, – ответила она уже довольно ровным голосом, села. Щеки раскраснелись, зрачки заметно расширены. – Что ты мне впрыснул? Горячая волна идет, до кончиков пальцев…
– А голова?
Она помотала головой, потерла виски:
– А голова совершенно пустая, даже удивительно. На все мне сейчас плевать… Это наркотик?
– Ну что ты, – сказал Мазур. – Совершенно безобидная штука. Вот только ты у меня сейчас попрешь по тайге, как молодой и грациозный мустанг…
– Самое смешное, что я этому вполне верю… – Она встала, потрясла опущенными руками. – Отвернись, я прогуляюсь поодаль…
Мазур ухмыльнулся, сидя к ней спиной. Вообще-то, «Прилив» так назван не без своеобразного юмора, издавна присущего разработчикам всевозможного снаряжения для всевозможных спецназов.