Страстное упоение задавать вопросы — вот каким было настроение Мазура перед вылетом в Сочи. Ясная погода лишь добавила ему неловкости: он тщательно следил за дорогой, не сводя глаз с тротуара. Атмосфера замкнутая и напряженная словно стальная цепь — все в здешней компании предпочитали молчание, оставляя без слов даже самую тривиальную из их беседы....
Подтолкнул Джен, и они бросились мимо гаражей.
Двор, в дощатой беседке брякает гитара, светятся огоньки сигарет, кто-то заухал вслед:
– Ат-тю-тю-тю! Лови, держи!
И несколько молодых пьяных голосов жизнерадостно заржали. Они пробежали мимо, завернули за угол.
– Стоп, – сказал Мазур. – Не беги…
Дальше была одна из центральных улиц. Ярко светят уличные фонари, прохожих еще немало… Они двинулись к недалекой автостоянке, стараясь не выделяться излишней поспешностью. Сзади заливисто взвыла сирена. Мазур напрягся.
Две бело-синих милицейских машины – впереди «уазик», за ним «Жигули» – промчались в сторону гостиницы, завывая и озаряя все вокруг мельтешением мертвенно-синих вспышек проблесковых маячков.
На стоянке была тишь, гладь да божья благодать. Мазур поднялся по деревянной лесенке к будке сторожа, подал квиток и документы на машину – которые ему тут же вернули вместе с ключами. Джен стояла у «семерки», зачем-то приложив руку к правому карману куртки, словно пыталась помешать выскочить оттуда какому-то зверьку.
– Что такое? – спросил он, отпирая дверцу.
– Рация пищит… – шепотом сказала она.
– Ага, – сказал Мазур. – Вспомнили, наконец, о подельничке… – Взял у нее рацию, воровато оглянулся на будку сторожа, присел на корточки, делая вид, что осматривает покрышку. И сунул рацию под стоявшую рядом «Ниву». – Ну, пусть себе пищит. Интересно бы послушать, о чем они там болтают, но нам это вряд ли чем-то поможет. Садись.
Распахнул перед ней дверцу, стал обходить машину со стороны капота…
Сзади, в той стороне, где гостиница, упруго бахнул взрыв – не столь уж и шумный, на улице хватало машин, далеко было до полуночной тишины… И все же рвануло на совесть, сторож даже выскочил из своего курятника на крохотную площадочку, уставился в ту сторону, но ничего не увидел, дома заслоняли.
– Эй, ты не видел, что там?
– А черт его знает, – как мог равнодушнее отозвался Мазур. – На выхлоп похоже…
– Да какой там выхлоп! Тут взрывом пахнет!
– Тебе виднее, – еще равнодушнее сказал Мазур.
Сел за руль и не спеша вывел машину со стоянки. Свернул налево, доехал до светофора, еще раз свернул налево, направляясь к восточной окраине города, где, как они видели днем по той самой М-134 то и дело проходили большегрузные грузовики, и на запад, и на восток, многие въезжали в город или выезжали из него…
Джен чуть нервно рассмеялась.
