В центре сложной городской политики живет следователь по особо важным делам, который вынужден смотреть все эти мероприятия, будь то спортивные соревнования или интеллектуальные турниры. Атмосфера напоминает шахматную доску: каждый шаг может перевернуть весь сюжет.
Пусть бы какая другая отметина, на руке там, на теле. А тут-самый главный вид.
Молодые, они прежде всего на парад смотрят. Душа, можно сказать, на самом последнем месте… Вот и получилось, что от вчерашней павы отвернулись. Мало кто выдержит такое. Ушла в себя. А с Залесской быстро сошлась. Но всетаки Мария вышла замуж. Залесская в этом сыграла не последнюю роль. И вдруг — совершить самоубийство. Думаю, очень на Машу подействовало.
— Подействовало, конечно. Я с вами согласен. Но наверное, семья лечит…
— Кого лечит, а кого калечит. Говорят, правда, мужик у Маши спокойный. В обиду не даёт. Она очень добрая на самом деле. Застенчивая.
— И все-таки мне нужно, чтобы Завражная была пооткровенней.
Серафима Карповна кивнула:
— Верно. Меж подругами редко бывают тайны.
— Что ж, попытаемся ещё раз. Теперь, Серафима Карповна, вот о чем. Об Ильине.
— Главный агроном?
— Он. Вы что-нибудь знаете о нем?
Ищенко достала новую папиросу.
— И тогда, с прежним следователем, разговор о нем заходил. Болтают по селу, что его с Залесской часто видели. Якобы даже в ресторане Североозерска.
— Ну и что?
— Так ведь как болтают: сам, мол, не видел, люди видели, мне сказывали. Как только начнёшь уточнять — следов нет. Все в кусты.
— Можно было спросить у работников ресторана.
— Можно, конечно. Следователь был у секретаря райкома, товарища Червонного. Ильиным интересовался. Червонный его хорошо характеризовал. И после этого — все.
Любые действия по отношению к главному агроному мы прекратили.
— И все-таки, Серафима Карповна, Ильиным мы займёмся.
— Это задание?
— Да. Первое. Второе-Станислав Коломойцев.
Ищенко усмехнулась:
— Знаменитая личность.
— Вот как?
— О-о! До сих пор помнят.
— Расскажите.
— Самородок. Художник. При Залесском ещё выставку в клубе организовали. В Барнаул хотели везти. Да это несчастье случилось. Залесский не успел, уехал. А гонору у парня теперь на весь век хватит…
— Я тоже это заметил. Так что постарайтесь выяснить, в каких он был взаимоотношениях с семьёй Залесских.
С Аней. — Серафима Карповна кивнула. — И ещё. В июне — июле здесь были приезжие. Механизаторы, студенты. Хорошо бы поработать и в этом направлении…
— Много народу побывало. Много.
— Знаю, Серафима Карповна, объём работы большой.
А с другой стороны — вдруг и обнаружим какую-нибудь сомнительную личность.
— Значит, не отрицаете убийство?
— Я ничего не отрицаю. И пока, увы, ничего не утверждаю…
Уходя, Ищенко решительно повторила:
— В столовой обедать не годится.
