И о том, что до недавнего времени вы пользовались специальными комплексами упражнений.
— Зарядочку по утрам в камере делаю — вот и все комплексы. Остальное, как говорится, дары природы. Недаром меня бабы любят.
Ишь, чуть ли не кокетничает с Зиной.
— Боюсь, вы не убедили никого из нас, — сказал Знаменский. — Вопрос следующий. Зачем все это: «Я — Петров», «Я — Федотов», «Ах, нет, я — Марк Лепко»?
— Думал проскочить. Да больно вы въедливый, гражданин следователь.
— Но Лепко, Федотов, Петров — все бродяги. Что им было друг за друга прятаться? Чем один лучше другого?
— В каком смысле?
— Легко понять, если убийца выдает себя за грабителя или грабитель за карманника. Но зачем один бродяга выдает себя за другого бродягу? Цель?
Наивное, глуповатое изумление:
— На мне же недостача висит!"
"— Те пятьдесят рублей, что растратил кассир Лепко?
— Ну да, что я растратил.
— Из-за пятидесяти-то рублей вы ударились в бега? Поработали бы месяц на любой стройке, отослали пятьдесят рублей — и не надо бегать.
— Слабость человеческая. Как деньги в руки — тут их и прогуляешь. Да и страшновато сознаваться-то.
— Ах, до чего вы робкий человек! Такой серый, такой лапчатый.
Лапчатый-перепончатый, с яблоками. Выдержка у него классная, но силы все же расходуются (или это освещение?), лицо слегка осунулось, заострилось.
— Имею иное объяснение ваших маневров.
— Ну?
— «Я — Петров» со всеми проверками съел месяц, положенный на следствие. «Я — Федотов» скушал второй. Ровно к тому моменту, как надо было заканчивать дело, пришли документы, которые подтверждали, что вы Федотов. Менее въедливый следователь закруглился бы.
— Надо же — разгадали! А я…
— Разгадки впереди, — оборвал Знаменский. — Историю кассира Лепко вы держали на крайний случай. Дескать, полгода следствие вести не будут. Осудят как бродягу, а там получу новенький паспорт на имя Марка Лепко.
Бродяга черно полоснул взглядом, спросил уже на басах:
— Что значит «на имя»? Согласно Уголовному кодексу пока не доказано иное, я — Лепко!
— Считайте, доказано.
Сашин черед. Готов? Еще бы, грызет удила! Валяй, подсыпь жару. Саша сегодня строгий, в темном галстуке, юмором не пахнет. За ним первый прицельный залп. Пли!
— Есть любопытная справочка из больницы города Мукачево. Когда-то мальчишку, которого звали Марк Лепко, оперировали — удаляли аппендикс. Должен был остаться шрам. У вас его нет.
Только не оказалось бы больше легенд в запасе! Может все порушиться!
Бродяга обратился к Знаменскому:
— Вы нынче как фокусник. Букет за букетом из рукава.
Уф! Пронесло — нет четвертой легенды.
— Вернемся к Федотову.