В мрачном архипелаге святого Ливида ночью царит полный безумия хаос. Тенью пронизаны серые воды океана, затянутые тучами черной пеленой, и деревья стоят неподвижно в резких тенях, словно гигантские чудовища из книги ужасов.
Дочь императора повернула свой перстень — тот самый, в котором бриллианты азрак прятали сложный электронный механизм — печаткой внутрь и приложила ее к сенсорному экрану. Герб на нем тут же погас, подтверждая ее право на доступ к информации, и Ида раскрыла папку… А потом ей понадобилось еще несколько бесконечно долгих мгновений, пробегая глазами по строчкам или напряженно вчитываясь, снова и снова возвращаясь к одним и тем же фразам, чтобы понять, что же она видит перед собой:"
"«Если тебе доставили это послание, дочь, значит, мятеж графа Осару успешно подавлен, потому что иначе никто не стал бы выполнять мою волю.
Я давно уже хотел поговорить с тобой. Позволить тебе задать все те вопросы, которые, наверняка, у тебя накопились, и со всей откровенностью ответить на них. Наконец теперь мы сможем это сделать.
Мне жаль всех тех лет, которые теперь, оглядываясь назад, я понимаю: были потеряны. Я мог бы сознаться в собственных ошибках и долго каяться в них, но, как я уже сказал, лучше отвечу на твои вопросы…
Знал ли я, что семнадцать лет назад произошло то, чего никогда не случалось раньше: в правящем доме Рассономов родился поводырь? Да, разумеется, я знал.
Нужно ли объяснять тебе, чего именно я испугался? У меня не было другого наследника, а значит, не было и права на ошибку.
Но я все же ее совершил… Я полагал, что ливарин эсуэно корин очистит твою кровь, если не превратив тебя в человека, то хотя бы вернув мне и империи. Но чего я не смог учесть, так это того, насколько силен твой дар. Наркотик не помешал тебе видеть.
