Но как это сделать? Он ведь не может просто подойти к ручью, высыпать яд на глазах врагов и сделать вид, что его там нет.
Оглядевшись, Эрион заметил растущее близко к воде дерево. Листва его была довольно густой, так что он вполне мог в ней спрятаться. Забравшись на дерево, Харт улегся на ветке, а потом глянул вниз. Ветка находилась прямо над ручьем. Убедившись, что с земли его вряд ли кто-то заметит, если он не будет шевелиться, Харт замер, дожидаясь воинов чужой страны.
Спустя какое-то время послышались тихие голоса. Ощущение присутствия и так было снижено, но Эрион подавил его еще сильнее. Никто не должен его заметить.
Сейчас, глядя на врагов так близко, Харт видел, что они не так спокойны, как хотят показать. Каждый из них то и дело оглядывался по сторонам. Сейчас они не натягивали улыбки, как делали это в лагере. Серьезные, собранные, суровые воины вели себя так, словно готовы были в любой момент кинуться в бой. На мгновение ему стало жаль убивать их вот так, почти бесчестно, тайком, с помощью яда, но он отбросил эту мысль.
За несколько секунд до того, как противники начали набирать воду, Эрион открыл пузырек и высыпал в ручей мелкие белые гранулы. Яд, попав в воду, сразу растворился, ничем не выдавая своего присутствия.
Миссия была выполнена. Оставалось дождаться, пока люди уйдут, а потом тихо и незаметно убраться с территории противника. Проводив глазами уходящих воинов, уносящих с собой свою будущую смерть, Эрион ужом соскользнул с дерева, а после благополучно добрался до своего лагеря.
Он не переживал о том, что благодаря его стараниям сегодня ночью, возможно, погибнет более пяти сотен человек. Это война, и каждый из них, нанимаясь в армию Иофата, должен был быть готов к смерти. К тому же если бы он этого не сделал, то вскоре погибли бы его соотечественники. Кто-то из них, конечно, все равно погибнет, но Харт надеялся, что своим поступком смог уменьшить вероятные потери.
Удовольствия от всего этого он не испытывал, старался не переживать, но что-то тоскливое нет-нет да щемило в груди. Правда, с этими неуместными для армии чувствами Эрион справился быстро, сосредоточившись на задаче.
– Как все прошло? – спросил Нарман, поднимая взгляд на вошедшего в палатку сына.
– Я сделал все, что от меня зависело. Остается только ждать. Как только стемнеет, я проберусь в лагерь и проверю, как там дела.
Нарман кивнул и попросил рассказать подробности вылазок.
Как только темнота накрыла лес, Эрион направился к лагерю врагов.
