В моем сердце взошел гнев за каждую мгновение, когда она убегала. Я ощущаю преследование в воздухе и знает каждый шаг, словно невидимая рука. Эта страсть становится тяжелой ношей, как удавка на горле — ни алкоголь, ни никотин не помогают освободиться от страстного хватания за ее воспоминание....
Обрубить на корню, пока не случился Армагеддон. Чувствуешь, и все, на ментальном уровне, а меня никогда не подводила моя чуйка. И сейчас я ощущаю то же самое.
Глава 2
Герман
Настраиваю в кабинете кондиционер, закрываю жалюзи, спасаясь от палящего солнца. Включаю монитор компьютера, перевожу кресло в удобное положение, сажусь, открывая вкладки с документами. Через несколько минут раздаётся стук, и дверь тут же открывается. Девочка проходит со стаканом воды в руках и застывает посредине, осматриваясь.
– Я так понимаю, вода мне? – интересуюсь, немного отъезжая от стола и рассматривая девочку.
– Да, простите, – идет ко мне и ставит стакан на стол.
Вынимаю из ящика салфетки, промокая воду.
– Простите, – снова извиняется. – Давайте, я сама, – кидается к столу, склоняясь, практически вырывая у меня салфетку. Ее длинная коса хлещет мне по лицу. Отстраняюсь, отъезжая дальше и наблюдая, как девочка вытирает воду.
– Еще раз простите, я немного волнуюсь, – ее очередное извинение приводит меня в себя.
– Оставь салфетку и присаживайся, – указываю на стул. Послушная, кивает, садится.
– Нет, но я быстро учусь, – начинает тараторить, словно заучила свой ответ наизусть. – Я в совершенстве владею всеми нужными программами, умею работать с документами и архивами. Понимаю, что у вас своя специфика работы, но я быстро вникну в дело.
– Это хорошо.
