Автор
Героиня строит спокойные отношения с добрым и внимательным Егором, но не может избежать притяжения к его брату — своему требовательному босс. Между ними вспыхивает страсть, которая грозит разрушить всё. Придётся сделать выбор между безопасностью и желанием.
Старт! Машина срывается с места.
Глава 28
Платон
В первый день гонки мы прошли четыре спецучастка. Во второй, сегодня, — их восемь. Я поправляю перчатки и смотрю вперед через лобовое.
Вчера было значительно холоднее, предстоящий заезд приходится на обеденное время, солнце слепит. Кристаллизация льда другая. Трасса опять будет абсолютно новой."
"Жарко. Приоткрываю дверь и хватаю ртом воздух. Капля пота катится между лопатками. Передергиваю плечами. Пульс работает ровно, сердечная мышца молотком отбивает секунды, но то и дело норовит ускориться. Я дышу медленно животом, чтобы нормализовать ритм.
После старта жара перестанет иметь значение. Все перестанет иметь значение. Но до этой точки нужно дожить и не слететь с катушек.
Вчера было с десяток технических сходов, три хороших экипажа вылетели с трассы. Один гонщик отбыл по скорой, парень бешеный в хорошем смысле слова. Надеюсь, скоро вернется в строй. Стремно — когда вынужден быть не участником, а зрителем. Ломает морально сильнее, чем физические травмы.
Отец уже говорил со спонсорами.
Установка — сдохнуть, но прийти в первой тройке.
Я планирую быть первым. Выбор небольшой: или добиться цели, или сойти с ума.
— На квалификации вы были только пятыми, вчера — третьими. Хватит ли скорости, чтобы снова выйти в топ три? — спрашивает ведущая Егора.
— Пусть соперники не переживают, погонять им придется, — отвечает тот. — Скорости хватит, ошибки мы учли.
Жму газ — тороплю брата, который весело дает интервью.
Из колонок раздается смех второго ведущего, бывшего чемпиона мира:
— Не злись, не злись, Платоша! Анжела, отпусти Егора! Не то Платон сейчас выйдет из своей Акулы, а если он выйдет, мало нам всем не покажется.
Хохот отовсюду.
Я жму газ снова, теперь сильнее. Зрители свистят.
— Ишь как обиделся! Что только третьим вчера был. Ничего, Платоше полезно, злее будет. Давайте, парни, больше огня, меньше страха. Смелее! А я напоминаю: от Охотников за штормами выступают два экипажа, один из которых стартует уже сейчас. Пилоты — братья Смолины. Все привязаны к мониторам. Это не те ребята, что допускают детские ошибки. Осенью их подвело сцепление, кажется? Да? Кто подскажет?.. Верно, был техсход...
Егор занимает кресло рядом, пристегивается.
— Трепло, блядь, — произношу я, впрочем с улыбкой.
Брат успокаивается, когда болтает. У него ритуал такой.
— Едем на все деньги, — говорит он, посерьезнев. Напрягается и громко выдыхает.
Мы с силой ударяемся кулаками.
