Автор
Героиня строит спокойные отношения с добрым и внимательным Егором, но не может избежать притяжения к его брату — своему требовательному босс. Между ними вспыхивает страсть, которая грозит разрушить всё. Придётся сделать выбор между безопасностью и желанием.
Прокрадываюсь в коридор.
— Я поговорю с Егором завтра, — сообщаю через дверь. — Когда он протрезвеет.
— Я сам с ним поговорю.
— Нет, я.
— Нет, блин, я. Потому что у тебя духу не хватит, — злится Платон. — Делать вид, что ничего не было, больше не получится.
Я смотрю на свои пальцы и не понимаю, почему их покалывает. Так сильно.
Глава 31
Саша иногда таким козлом бывает. Особенно когда ударяется в ревность. Человек всю ночь, видимо, обо мне думал, не спал, составлял задания.
«Почта», — прислал на мобильник без «здравствуйте».
Открыла, а там к письму столько файлов прикреплено, что чуть не расплакалась.
После близости с Платоном меня вновь утащило в сверхчувствительность. Даже дыхательную гимнастику делала, чтобы после его ухода успокоиться и взять себя в руки. Днем всегда становится легче — это я уяснила еще на сессиях с психологом. Страхи лопаются под солнышком, как мыльные пузыри. Все самые темные мысли о том, что предала семью и традиции своего народа, преследуют именно ночью. Поэтому была цель — любым путем дожить до рассвета.
Я пообещала себе, что возьму выходной, отсижусь хотя бы денек дома. Напишу в рабочий чат, что заболела. Вряд ли кто-то расстроится.
Сторис с восторгами от ралли как будто привели Александра в бешенство, он взвалил на меня доки по трем проектам, в которых я даже не участвую. Попросил подписать расчеты по моей части. Знает же, что никогда не поставлю подпись, если не перепроверю все на десять раз. И вот сижу, работаю.
Это Саша еще не знает, что без его одобрения я проявила инициативу и предложила свой патент Смолину. Но будем решать проблемы по мере поступления. В действительности даже к лучшему, что так много забот, — некогда рефлексировать.
Мы вернулись в Красноярск два часа назад. Я приняла душ, высушила волосы, заварила травяной чай и уселась доделывать документы. Я всегда нахожу утешение в работе. Наверное, такая у меня суперспособность.
С Егором мы пересеклись за завтраком на следующее утро после случившегося. Он отвел глаза. Выглядел растерянным, не подошел. Так, кивнул издалека. Знает. Меня опередили. Чтобы быть первой в такого рода гонке, стоило ночевать в его номере и выпалить мужику с похмелья в глаза, едва он их разлепит. До того, как взглянет на экран мобильника. На подобную наглость я, честно говоря, не решилась.
Если кто-то по какой-то причине не заметил, что мы с Платоном искупались в бассейне, а потом заперлись в кладовке на добрых десять минут, то нашу с Егором обоюдную холодность оценили все.
