Автор
В глубокой меланхолии прячется Слепой Рассвет, где каждое солнечное утреннее свечение кажется последней каплей в череде дневных тягот. Охрана ожесточенно фиксирует любые признаки незаконного проникновения, словно надеясь на то, что лишь так можно сохранить эту закрытую чару. И все же Наташа знает, что рано или поздно, свет божий выведет ее из тьмы, и волна ненависти к своей прежней жизни рвется наружу....
Мозг вообще простым органом не назовешь, но тут новообразование еще со зрительными нервами соприкасается. Мы Полине не говорили, но есть большая вероятность того, что она не сможет видеть. Конечно, хирурги постараются сделать все, что в их силах, но они не боги.
— Наташа ведет себя неадекватно, — заговорила Полина. — Я боялась, что она вновь набросится на тебя с ножом. — такие мысли посещали и меня, поэтому я все время пристально за ней следил.
— Наташе нужна помощь специалистов. Ее семья справиться с ней не может.
— Ты не чувствуешь за нее ответственность? — с каждым днем мы все больше друг другу открывались. Полина могла смело говорить со мной на любые темы, даже обсуждать супругу.
— Нет. Через несколько дней нас официально разведут. Мне нет никакого дела до нее, — зло произнес, вспомнив наколку и всю ту цепочку мыслей, которые последовали за этим. — Наташе лучше не лезть в мою жизнь.
— Знаешь, мне кажется, такие люди никогда не прекращают докучать.
Я и сам об этом подумывал. Наташе все равно, что у меня другая женщина. Жену не волнует, что моя семья не желает ее знать, а мои чувства остыли. Кроме гнева и ярости в наших отношениях давно ничего нет. У меня были любовницы, судя по тому, что я сегодня выяснил, у нее тоже был любовник. Наталья относится к тем женщинам, которые хотят держать рядом с собой всех мужчин, собрать из нас своеобразный фанат-клуб.
— Не будем говорить о неприятном. Иди ко мне, а то тебя скоро у меня заберут. Любить тебя в больнице, я не смогу. — секс доставлял ей удовольствие, это было еще один мощный отвлекающий фактор. Притянул к себе и поцеловал. У нас есть несколько часов, пока Маша спит.
Главав 31
Полина
Горячие губы Германа дарят непередаваемое удовольствие.
Раскинув мои ноги в стороны, он проходится языком по промежности. Язык застывает на клиторе. Вдавливает бугорок острым кончиком. Слегка прикусывает. Не могу удерживать стоны, кричу и выгибаюсь над постелью. Изящно мучая, он подводит меня к самому краю и не позволяет кинуться в омут удовольствия. Держит на самой грани. Такой тонкой, что можно сойти с ума.
- Давай.
