В бездонной темноте станции сияли красные огоньки лам. Человеческие тела складывались в бесконечный поток, но каждый был уникален и необычен. Пять гравитационных эскалаторов мягко выталкивали людской толщей наружу, где песнопение скрипача перекрывало все трещание металла и шум движущихся людей. Здесь звучала печальная мелодия — настоящий слепой рывок в жизнь....
"
"– Позвольте сыграть для вас? – Голос скрипача осип от внезапного волнения, будто он увидел не человека, а долгожданную музу, которую искал много лет.
– Пойдем внутрь, если не возражаешь? – Она жестом указала на автоматически распахнувшиеся двери ресторана.
* * *Так начался вечер, изменивший судьбы миллиардов людей.
Они вошли в пустой полутемный зал, поднялись по лестнице на внутренний балкон, и скрипач неумело, суетливо отодвинул стул, предлагая ей сесть, не пытаясь понять или угадать, что нужно таинственной незнакомке.
Мягко осветилась небольшая панель, отобразившая строки меню. Ресторан недавно полностью автоматизировали. Из-за малого количества посетителей его владельцу стало слишком накладно содержать штат официантов.
Внизу, в главном зале, над столиками вдруг вспыхнули неяркие, стилизованные под старину источники света. Появились фигуры людей – всего лишь голограммы, заполнившие имитацией жизни гулкую пустоту внушительного по размерам помещения.
Скрипач сел напротив незнакомки.
– Я не голоден, – волнуясь, произнес он.
– Знаю. – Она улыбнулась, проницательно взглянув в его глаза: – Я знаю, кто ты.
– Это невозможно… – Он слегка растерялся.
– И тем не менее я знаю. – Она поправила локон волос, выбившийся из прически. – Тебя снова не услышали, ведь так?
– Не совсем. – Скрипач машинально сглотнул. Его кадык дернулся. – Вы ведь остановились не просто так? – с надеждой спросил он. – Музыка для вас что-то значит?
– Да. Но одна ласточка не делает весны, по крайней мере для тебя.
– Меня зовут Ричард, – тихо представился скрипач.
– Ты выбрал мужественное имя. Но ведь у тебя нет сердца? – Она неожиданно протянула руку, прижала ладонь к груди скрипача и действительно не почувствовала ничего, лишь холод. – Ты знаешь, кто я? – Ее зрачки сузились, лицо неуловимо изменило выражение, стало опасным, взгляд утратил отрешенную созерцательность, обжег.
– Нет, – сипло, растерянно ответил он. – Ваш аватар мне незнаком.
– Вот ты и выдал себя. Оговорился. Реальный мир непривычен, верно? Я – Катя Римп. Давай перейдем на «ты», как принято в Сети. Только не пытайся исправить ошибку. Ты мертв по сути, по природе своего происхождения. – В нотках ее голоса не прозвучало неприязни или страха, лишь твердая, уверенная констатация факта.
