В бездонной темноте станции сияли красные огоньки лам. Человеческие тела складывались в бесконечный поток, но каждый был уникален и необычен. Пять гравитационных эскалаторов мягко выталкивали людской толщей наружу, где песнопение скрипача перекрывало все трещание металла и шум движущихся людей. Здесь звучала печальная мелодия — настоящий слепой рывок в жизнь....
– Ты еще хуже, чем Глеб!
Она сокрушенно покачала головой:
– Даже если уровень промышленного тумана вдруг понизится, вас никто не выпустит в реальный мир.
– Почему?! – возмутился Иван.
– Иначе рухнет огромный сегмент экономики, – уверенно пояснила она. – На Земле сейчас живет восемнадцать миллиардов человек. Из них четыре – в инмодах, миллиард еще ниже, в капсульных блоках, на самом «дне». Выше среднего – тринадцать миллиардов. Подумай или хотя бы попытайся представить такое количество людей, сконцентрированных в мегакварталах, в тесной прослойке между границей промышленного тумана и настоящей облачностью.
– Население игровых вселенных на самом деле – живые люди?! – До Ивана, наконец, начал доходить смысл ее слов.
– А ты как будто не знал?
– Не задумывался, – буркнул он.
– Вам платят. Совсем немного, сущие крохи, за «проживание» в определенном фантомном мире. Но зачем? Откуда берутся эти деньги?
– Понятия не имею!
– Для жителей мегакварталов вход в Слой платный, – охотно пояснила Лиза.
– Мы – живые декорации?! – неподдельно ужаснулся Иван. Он никогда не задавался подобными вопросами, не оценивал свою жизнь с такого ракурса.
– Ну, ты же спокойно перевоплощаешься в монстра, если контракт выгодный? – спросила Лиза.
– Да, – рефлекторно сглотнув, признал он.
– Владельцы фантомных вселенных – самые богатые люди на Земле. Они платят вам, получая деньги с других пользователей, которые, в отличие от тебя, не живут в Слое, а приходят туда развлечься по своему вкусу. Это эффективно работающая система. И ее никто не посмеет даже пальцем тронуть.
