А для жизни в тюрьме так и подавно.
– Что значит «не приспособлен»? – возмущался Малютка. – Те, кто для жизни не приспособлен, давно умерли. А остальным неприспособленными и родиться не дано вовсе. И люди ко всему приспосабливаются лучше любых насекомых. И к жизни в Антарктиде, и к космическим перегрузкам, и к времяпровождению в тюрьме.
– Вот и мой ко всему так приспособлен, что прибить иногда хочется, – процедила Зоя.
– Девочки, сейчас главное – успокоиться. Главное, не поддаваться упадническим настроениям.
– Йозеф, я тебя умоляю. Хватит говорить комсомольскими лозунгами. Нужно что-то делать, – Зоя плеснула в свою рюмку.
– Я же не волшебник! Они всего несколько часов назад ступили на новый этап своей жизни.
– Типун тебе на язык, – всхлипнула Света. – Нашел новый этап.
– Света, этапы бывают и короткими. Надеюсь, это про них. Завтра же я попытаюсь что-нибудь сделать.
– А я с хорошим адвокатом свяжусь. Есть у меня одна знакомая, – добавила Зоя.
Первым на допрос увели Марьина. За те короткие часы, что удалось поспать, Андрей видел сон, который показался ему хорошим. Улицы неизвестного города, улыбчивые прохожие, большой храм под лучами солнца. Пробуждение оказалось тяжелым и болезненным. Увидев стены камеры и вдохнув вонь от клопов и параши, он тут же впал в уныние. Следователь Марьину не понравился. Взгляд злой, лицо землистого цвета.
– Меня зовут Юрий Андреевич Кутырев, – представился хозяин кабинета. – Я буду вести ваше дело. Как вам первый день на новом месте?
– Ничего… Кормят, правда, неважно, но в целом терпимо…
– Вот и я думаю, что ничего. Потому как в тюрьме будут кормить еще хуже.
На эту фразу Марьин ответил глубоким вздохом.
– Пришли вы, насколько я знаю, сами. Проявили сознательность. Но если она была продиктована алкогольным опьянением, то плохо. Мне доложили, что от вас с Хузиным исходил запах портвейна.
– Водки, товарищ Кутырев. Водки или пива, если быть точнее.
– А если уж быть совсем точным, то запах «ерша».
– Да. Так точно. Был грех. Для смелости приняли немного.
– Можно и без «так точно». В армию вас теперь если и возьмут, то разве что в штрафбат.
– Вот там мы все грехи перед Родиной и искупим.
– Для начала вы их искупите трудом на благо Родины в исправительно-трудовом учреждении. Но закончим с лирикой и перейдем к делу. Потерпевший Гвидо Шнапсте утверждает, что вы продали ему пробирку с жидкостью, которая, по вашим словам, увеличивает размеры полового органа.
– Да, товарищ Шнапсте говорит правду.
