У Светланы же будто голос пропал - она лишь неопределенно качнула головой. Ей действительно было сейчас страшно под взглядом Кошкина. Он же, не дождавшись ответа, резко присел на корточки и, очевидно, принялся искать злополучную пулю.
Конечно он ее найдет, можно не сомневаться… едва ли Алине удалось уничтожить все следы. Может, даже и лучше, если он найдет свои доказательства: это избавило бы Светлану от необходимости лгать, а близким ей людям не пришлось бы идти на новые авантюры, дабы ее спасти.
- Что это?! - Проклятущую пулю Кошкин отыскал в самом углу спальни, между стеной и портьерой, и грубо, будто Светлана была нашкодившим котенком, поднес к самому ее лицу. Голос его был жестким, с ненавистью чеканящим каждое слово: - В кого вы стреляли? Отвечайте, что здесь произошло?!
Никто и никогда не позволял себе кричать на Светлану - даже учителя в детстве, даже гувернантка. Но порыв расплакаться от обиды и молить о пощаде быстро сменился вспыхнувшей в груди яростью: да как он смеет, этот холоп!…
Однако, неизвестно где отыскав силы, Светлана сдержалась. Проглотила уже готовые слететь с языка слова. Сделала глубокий вдох и выдох, а после невероятно спокойно в сравнении с бушующими в ней чувствами ответила:
- Я готова сделать признание. Чуть позже. После похорон мужа.
- Вы полагаете, что я стану делать вам одолжения?! - Светлана сдержалась и не вздрогнула от очередного окрика. Кошкин же, быстро вынув из-за полы сюртука конверт, представил перед носом Светланы новый предмет. Кулон. - Вам знакомо это?!
Не договорив, она жадно потянулась к свисающему на цепочке шарику, но Кошкин жестоко убрал его обратно в конверт.
Она прижала пальцы к груди, там, где всегда покоился кулон, который она уже сочла потерянным, и теперь не знала: радоваться ли, что он нашелся?
- Это ваше, - утвердительно сказал Кошкин и как будто решил что-то для себя. Но и тон своего голоса несколько сбавил. - Так вот, это нашли на берегу озера, там, где обнаружили тело вашего любовника…
- Боровской не был моим любовником, - зачем-то сочла нужным уточнить Светлана.
- Да-да, Сергей Гриневский, как я понимаю, тоже!
От нового окрика Светлана лишь утомленно поморщилась, но уже и не собиралась вздрагивать. Напротив, ей показалось забавным, что Кошкин так бурно отреагировал на то, что, кажется, совсем не должно его волновать.
Бросив на него короткий взгляд, Светлана несколько неловко признала:
- Гриневский - был. - И постаралась сказать как можно искренней: - Мне незачем лгать вам.
