Автор
Калли снова чувствовала себя живой после экстаза, которого у нее никогда раньше не было. Воздух вокруг был как будто наполнен едким запахом пота и прямыми мужскими сокровищами, отдаваясь в каждом клеточке ее тела, когда она вновь вздохнула.
Его мучила совесть при мысли о робкой улыбке Анджелы и том, как Калли беспокоилась за свою кузину. Вместо того чтобы обобрать эту семью до нитки, он дал им больше, чем было нужно.
Он поморщился.
Члены его семьи всегда говорили ему, что он слишком сильно заботится об их благополучии, а теперь он из кожи вон лезет, чтобы обеспечить материально женщин своего заклятого врага! Но он уважал искреннее беспокойство Калли за родных. Да и Анджела с матерью не должны были расплачиваться за поведение Манолиса. Странно, как после стольких лет, когда он лелеял планы мести, реальность вмешалась в них, скорректировала.
И все же он был доволен своим решением.
Он даже решил спасти остатки «Манолис индастриз» и встроить компанию в структуру своей огромной империи, чтобы она снова начала приносить прибыль. Только дурак откажется от предприятия с таким внутренним потенциалом.
Он пошел вверх по лестнице, сгорая от нетерпения.
Он не видел Калли с рассвета, когда он держал ее в объятиях и ничего не делал, чтобы удовлетворить пылкое желание снова ей обладать.
"Каждая ночь была для него подобна пытке, но он не собирался отказываться от удовольствия спать с ней в одной постели. Хотя как раз спал-то он совсем мало.
Его просто поразила ее реакция тогда на «Цирцее». Он и понятия не имел, насколько она уязвима.
А еще не ожидал, что почувствует себя настолько виноватым. Как будто, невзирая на шантаж со стороны Калли и ее дяди, он опустился до их уровня, когда силой навязал ей свою волю.
Просто она оказалась не так проста, как он думал, и в сердце у нее были сомнения и страхи, как у всех нас.
Но теперь он не хотел, чтобы Калли пришла к нему из-за страха за свою кузину. Он хотел, чтобы она пришла к нему, потому что она его хотела.
Он подошел к дверям хозяйских апартаментов и услышал звук льющейся воды.
Мышцы паха у него тут же мучительно напряглись, а воображение во всех подробностях нарисовало ему Калли. Темно-медового оттенка волосы спускаются ей на плечи и на спину. А бедра, живот и груди ее блестят от воды. Рука намыливает нежную чувствительную кожу…
В горле у него застрял полный предвкушения стон.
Дэймон протянул руку и толкнул дверь.
