Тимур смотрит на свою жену печально, и она пытается убедить его оставить себя здесь. Но Тимур решительно отказывается, объясняя, что переговоры уже проведены, и теперь он готов вернуться домой. Ощущение напряженности и несогласия влекло за собой непростую атмосферу.
— Или психиатрическая лечебница.
— Плевать! — Карина нырнула рукой в свою сумку. — Я не смогу спокойно видеть, как ты живешь долго и счастливо с ней.
В этот момент в палату вошел мой недавний знакомый следователь, которому я позвонил перед приходом Карины. Следом за ним вошли еще два человека в форме.
— Гражданка Карина Покровская? — спросил следователь, подходя ближе к нам.
— Теперь не убежишь, Карина, — сказал я, передавая свой телефон, при помощи которого я записал весь разговор со своей женой.
— Ну ты и мерзавец! — выкрикнула стерва.
— Есть, у кого поучиться, — улыбаясь, ответил я.
Сегодня я смог заснуть спокойно. Наконец-то проблема, которую я сам себе создал, была решена. одного не мог понять, в какой момент моя жена изменилась. Не исключаю, что она что-то употребляла, и именно поэтому у нее начала ехать крыша. Теперь Карине грозил реальный срок, а мне необходимо было официально оформить развод и объясниться с Алиной.
Через несколько дней я уже мог передвигаться практически без помощи, а спустя неделю с момента, как очнулся в больнице, меня выписали.
— Екатерина Анатольевна, добрый день! — я набрал маму Алины перед тем, как приехать.
— Здравствуй, Тимур! — поздоровалась женщина.
— Я сегодня выписался, хочу заехать к сыну. Вы дома? — спросил я.
— Да, дома, приходи, — ответила она.
— До встречи. Скоро буду, — ответил я, радуясь, что никаких препятствий для встречи с сыном не оказалось.
Мне хотелось увидеться с Линой. Она избегала меня, ясно, почему, но я все же надеялся поговорить с ней сегодня. Екатерине Анатольевне рассказывать обо всем, что произошло, я не стал. Это было наше личное, и впутывать других людей во все было неправильно. Был у меня еще один способ достучаться до Лины, если все-таки я не увижусь с ней сегодня, или же если вдруг она откажется меня слушать.
Саша встретил меня с распростертыми объятиями, как и я его. Скучал по своему сынишке. Пара пакетов игрушек, и ребенок не отвлекается ни на что и ни на кого.
— Не видел его чуть больше недели, а он вот какой! — я крепко обнял своего ребенка. — Вымахал!
— Растет не по дням, а по часам, — Екатерина Анатольевна потрепала мальчугана по волосам.
