Автор
В нежной и душевной книге "Сломай меня" Меган Брэнди раскрывает тонкую линию между любовью и безумием. Главная героиня влюбляется в собственного психиатра, где чувства становятся неотъемлемой частью его терапии. Атмосфера книги напоминает крепкий кофе: тонким и сладким на вкус, с каждой новой страничкой открывая новые грани страсти и самопознания.
Похоже, «Сломай меня» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Кажется, у меня уже есть, но мы можем взять и тебе?
Грэйс смеется и встает. И они, мать твою, уходят.
Рэйвен ждет, когда они отойдут достаточно далеко, и начинает меня дразнить.
– О, боже… Ну и как ты, Понибой?
Я фыркаю, откидываюсь назад в своем кресле и допиваю гребаную воду.
– Довольно вялый, если честно. – Поворачиваюсь к ней с улыбкой. – Хочешь проверить?
Она усмехается, качает головой, а Мэддок показывает мне средний палец.
– Ты только что лишился одной сексуальной попки из-за другой – самой новой и самой впечатляющей в городе, – добивает меня Рэй-Рэй.
Я встаю. Вся моя семья следит за мной.
– Куда собрался, брат? – пристально смотрит на меня Мэддок.
– Хочу отвлечься. Когда придет время, мы разберемся и свалим отсюда на хрен.
– Ага, и когда мы это сделаем, заберем Бриэль с собой?
Я улыбаюсь так широко, как только могу.
– Нет, брат. Она не с нами, она остается.
– А Джона? – надавливает он, чертовски хорошо понимая, что делает. Заставляя меня посмотреть проблеме в лицо, почувствовать чертов бензин, что сочится по моему горлу в ожидании спички, от которой я вспыхну.
Уже скоро.
Я знаю.
И они знают.
Мне ненавистна эта мысль."
"– Если она твоя, – брат опускает подбородок, – дай им знать.
Я давлюсь смехом, потирая грудь и отступая на шаг назад.
– Ага, – снова смешок, но на этот раз пустой. – А кто скажет ей, а?
Зачем я это говорю?
Стряхиваю с себя эти мысли и возвращаю бодрый изгиб губ, хоть и знаю, что никого из них это не обдурит.
– Она не моя, Здоровяк. Она для меня никто.
– Она прямо за тобой, – взгляд Рэйвен напряжен, и я оборачиваюсь.
Бриэль стоит с непочатой бутылкой пива в одной руке и бутылкой воды в другой.
С натянутой улыбкой она приподнимает воду, ее глаза заволакивает туман, про который она сказала «так иногда бывает», но только сейчас он другой.
Это боль.
Тебе больно от моих слов, малышка?
Она моргает, но туман не проходит.
Мне это не нравится. Я хочу видеть ее глаза яркими и широко раскрытыми. Живыми.
Возбужденными.
Она пихает мне бутылку.
– Ты допил свою, и я подумала, что ты, наверное, захочешь еще.
Я, наверно, хочу тебя.
Проклятие.
Девственница!
Беру у нее бутылку, шагаю ближе и обхватываю ладонью ее руку, что держит бутылку с пивом. Подношу ко рту и зубами снимаю крышку.
Уголок ее пухлых – так и манящих попробовать – губ дергается вверх, грудь поднимается, и меня это бесит.
Я не знаю почему, но это так.
– Спасибо, – тихо произносит она.
– Отойди от меня.
