Автор
В нежной и душевной книге "Сломай меня" Меган Брэнди раскрывает тонкую линию между любовью и безумием. Главная героиня влюбляется в собственного психиатра, где чувства становятся неотъемлемой частью его терапии. Атмосфера книги напоминает крепкий кофе: тонким и сладким на вкус, с каждой новой страничкой открывая новые грани страсти и самопознания....
Похоже, «Сломай меня» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Валин все-таки закуривает, а я с наслаждением делаю долгий выдох.
– Приятно, правда? Так расслабляет… – усмехается подруга. – Моя мама говорила, что косячок – это антидепрессант для уличных девчонок. Думаю, в этом есть смысл.
Я никак не комментирую слова ее мамы, знаю, что Валин вскочит и, уходя, покажет мне средний палец, вместо этого говорю:
– Представляешь, я год не курила.
– А я не курила девять месяцев, – раздается голос.
Мы обе оглядываемся и видим Рэйвен, идущую к нам. Она смотрит на Валин.
– Мне нужно украсть твою подружку.
Валин наклоняет голову.
– Ну, не знаю даже…
Рэйвен достает из кармана пакетик и зажимает двумя пальцами. Валин улыбается и берет.
– А ты мне вроде как нравишься, – говорит она и уходит.
Рэйвен смотрит ей вслед, потом переводит взгляд на меня.
– Травка лежала у меня в бардачке еще до того, как я забеременела. Адски сухая, но она не успеет понять до того, как мы закончим разговор.
У меня вырывается тихий смешок.
– Вряд ли ее это волнует – качество травки.
Рэйвен кивает.
– Сломанных девчонок мало что не волнует… – Я понимаю, что она говорит это исходя из собственного опыта.
Рэйвен стоит рядом со скамейкой и рассматривает цветы на клумбе.
– Я бы села, если б не было так невыносимо больно вставать.
– Как ты себя чувствуешь? – вежливо спрашиваю я.
Она смеется:
– Как будто меня снова пырнули ножом.
Резко вскидываю голову.
– Долгая история, – продолжает смеяться она.
Эту историю наверняка знает мой брат.
– А малыш, как он?
– С таким-то отцом и дядями? Он гарантированно будет таким же.
Я встречаюсь с ней взглядом.
– Он правда прекрасен, и имя подходящее, – у меня еще не было возможности сказать ей это. – Ворон [15] и феникс.
– И волк, – улыбается Рэйвен. – Я все жду, кто же первым об этом сострит, чтобы выбить ему зубы, – шутит она. – Тут больше нет никаких детей, даже если кажется, будто есть.
Мы обе хохочем, но ее смех быстро стихает, она мрачнеет. Напряжение становится все сильнее.
Она косится на меня.
– Я слышала, что случилось.
– Ну, я так и поняла.
Рэйвен кивает, потом делает шаг ко мне.
– Ты думала о том, чтобы уехать.
Это не вопрос, и я не отвечаю.
– Не делай этого, Бриэль, – она не приказывает, а просит, и в ее голосе отчетливо слышится боль. – Если ты уедешь, Ройс все равно тебя найдет и привезет обратно. Так что просто не уезжай.
– Тогда, может, и вправду стоит уехать, – откидываюсь на спинку скамейки.
