В зале «Тритон» гремит электронная музыка, но это не мешает двум стоящим у стены аборигенам с ухмылкой разглядывать тебя. Красивые девушки в коротеньких юбках и лифчиках пристально наблюдают за твоей реакцией, ожидая интересного предложения. Сломай мой страх — вот как ты можешь уйти из этого места без лишних приключений....
А её писк о помощи… Сам удивился, когда среагировал скорее интуитивно, чем осознанно. Зато пришло четкое понимание, что эта мелочь — не блажь, а женщина, о котором переживаешь и дико волнуешься. За которую убьешь и не пожалеешь.
Увидел её на земле, свернувшуюся в комочек. Маленькую, беззащитную, тощую, как из концлагеря. И этого урода с мерзкой ухмылкой, что уже замахивался на нее ногой…
И всё…"
"Успокоился. Отключил эмоции.
И опять очередной писк девчонки отвлек. Расставил приоритеты и изменил последовательность действий.
Да, попала Ёжик.
По полной попала. Не мог я уже от нее оторваться.
И даже не будь Марова, никуда бы уже не делась.
И не денется.
Не отпущу.
Хватит тянуть резину.
Парковка у «Тритона» практически свободна. Только два кроссовера ребят из охраны и «пыжик» Леры недалеко от входа. Останавливаюсь рядом с машиной Паши и сразу иду к нему в кабинет.
— Что будешь делать с младшим? — пожав руку, кивает Шубер в сторону сушилки. Да, привычка не рассусоливать, а сразу переходить к делу — наше всё. С армии вместе, а это почти пятнадцать лет. Знаем друг друга, как облупленных.
— Посмотрю, какой он сегодня смелый. Без наркоты. А дальше по ситуации.
— Лады. Как Лера? — да, Пашка тоже переживает. Он проникся биографией Ёжика, узнав о её травме в юности. Насилие мало кого оставляет равнодушным, особенно над ребёнком.
— Умница. Без истерик. А синяки заживут. — вспоминаю, как обрабатывал гематомы и кровоподтеки, и кулаки сами собой сжимаются. Желание поскорее добраться до Марова неприятно зудит под кожей. На хрен, просто так не выпущу. Сначала разрисую под хохлому, чтобы на долгую память осталось.
Вид мерзких следов от чужих рук на нежном теле малышки взбесил до трясучки, когда рассмотрел её всю.
И ни слезинки, ни истерики, когда нашли. Сильная девочка.
Моя.
Пусть пока и не догадывается об этом.
