В зале «Тритон» гремит электронная музыка, но это не мешает двум стоящим у стены аборигенам с ухмылкой разглядывать тебя. Красивые девушки в коротеньких юбках и лифчиках пристально наблюдают за твоей реакцией, ожидая интересного предложения. Сломай мой страх — вот как ты можешь уйти из этого места без лишних приключений....
— Нет, всё в порядке.
Хоть и обернулась к нему, но глаза к лицу не поднимаю. Смотрю прямо, на уровне глаз. Как раз туда, где бордовый синячок мне подмигивает, то показываясь, то прячась за воротом рубашки.
Какая прелесть!
Меня в шею укусил урод-извращенец.
Его поцеловала любовница.
Ну просто 1:1.
Ничья… Ё-моё…
— Ты уверена?
Отталкивается от стены и делает шаг, приближаясь. Отшатываюсь по инерции назад, но заставляю себя замереть. Только ручку двери стискиваю так, что пальцы сводит.
Нельзя провоцировать. Он выпивши, и я его в таком виде опасаюсь.
— Полностью.
— Посмотри не меня.
Голос мужчины настойчивый и обволакивающий. Сопротивляться нет никакой возможности. Поднимаю глаза, медленно скользя вверх по лицу, и замечаю, что он не только подошел совсем близко, но и начал склоняться ко мне, опершись рукой о стену.
Ниже и ниже.
Не маленькая, понимаю, что он хочет сделать. Стою, вся напрягшись. Ничего, перетерплю. Главное, не злить…
Но запах… Запах женских духов. Как не стараюсь вдыхать ртом, чтобы не ощущать приторную сладость, что щекочет обоняние.
Нет.
Не могу!
Отшатываюсь, прогибаясь немного назад.
— Извините, но мне неприятно!
Заскакивая в комнату. И только услышав его: «Что?», понимаю: последнюю фразу сказала вслух.
— Спокойной ночи, Игнат Маратович! — пищу тише и, захлопнув дверь перед его носом, приваливаюсь к ней спиной.
Чёрт!
Кажется, я поспешила с выводами вчера ночью.
Игнат
- Сука! — опираюсь на раковину обеими руками, сдерживая злость.
Оттянулся, мля.
Не, еще когда с Жекой ночью во дворе перетирал по поводу охраны, заметил его мимолетную ухмылку. Но значения не придал. Кто знает, чего его торкнуло. Может, лицевую мышцу свело.
А вот поведение Ёжика уже насторожило. Особенно когда её радостная улыбка поблекла за секунду и перетекла в резиновую гримасу. И то, как трусило девчонку передо мной. Как кулаки сжимала и губу закусывала. А потом просто застыла, как суслик перед удавом, и дышать боялась. Побледнела так, что синяки на щеках ярче проявились.
А уж её вопль «Мне неприятно!» вообще убил. Охренел в первый момент и не сразу сообразил, что у меня перед носом дверь уже закрытая. А Ёжик спряталась в свою нору, выставив иголки.
Так и пошел к себе прибалдевший и недоумевающий. Не глядя, скинул шмотки в контейнер с грязным бельём и зашел в душ.
Горячая вода расслабила мышцы, контрастом включил холодную, чтобы остудить голову и привести мысли в порядок. Но всё равно выходила какая-то фигня.
