Автор
В шатром тишине снежной ночи мы тронулись в пути. Страх крадется за каждым сосенским стволом — кажется, ночь готова выдать нас на миг как Настю из "Морозко". Или нет? Мой мир вот-вот рухнет, но я не вижу начала этого кошмарного пути.
- Нанокомпозит, прочность на разрыв как у стали, - ухмыляюсь я. - Только спец инструмент... Это Зольников Иван тебе подарок передал из СОБРа. Единственное, что ты можешь сделать, чтобы освободиться - отгрызть себе кисть. Будешь пробовать?
Расслабляясь, Мансуров, улыбается, глядя в небо.
- Молишься? - разглядывает его Ольга. - Правильно...
Переводит на неё взгляд.
- А я тебя знаю. Ты Ольга Маменко. Снайпер. Ты в розыске. У тебя сына посадили на двенадцать лет. А ты расстреляла всех, кто его подставил.
- Было дело.
- Я могу твоего сына освободить, - вкрадчиво.
- Ой! Нас таки торгуют, Гордей. Держи карманы шире.
- Зря иронизируешь! Я могу за пару месяцев назначить виноватым другого человека, а его оправдать. Двенадцать лет ему сидеть...
- Уже восемь.
- Восемь! Целая жизнь.
- А мне чего предложишь? - усмехаюсь я.
- Тебе - новую жизнь. Бабки, Гордей. Большие.
- Сколько?
- Ну... - бросает взгляд на Ольгу. - Такие суммы озвучивают только тет-а-тет. Тебе хватит до конца жизни. Десять Божен себе купишь.
Смеясь, переглядываемся с Ольгой.
- Ты думаешь, мы люди? А мы звери... - оскаливаюсь я. - Думаешь, будешь нам тут что-то предлагать? Да мы сами все у тебя отнимем, что захотим, понял?
Ольга разглядывает в оптический прицел противоположный берег реки.
- Я своего сына сама посадила, дурачок, - улыбается она. - Выбирала - то ли грохнуть вместе с остальными, то ли... Вон он! - резко встает Ольга, показывая рукой на тот берег реки. - Ну... Сторона не подветренная.
- Стой-стой-стой-стойте! - панически вращает глазами. - Ольга, ты же верующая. Ты же постриг приняла!
- А мы тебя с Богом и оставляем, Алишер. Хочешь, молись, хочешь, запястье грызи.
- И потом бегом, по ночной тайге километров шестьдесят, - добавляю я. - Без компаса... Без еды... Без огня... Как Божена бежала. От отчаяния.
- Ее Бог спас, может и тебе поможет. На всё его воля! Пойдем, Гордей..."
"- Стой, Ершов! - срывается его голос.
- Вот! Это уже интересное предложение.
Включаю камеру.
- Поехали... Все по эпизоду с Боженой с самого начала. Потом, все по эпизоду Зольниковых. Кратко, по делу, с обличающими фактами, которые можно доказать.
- Слово дай, слово офицера, что доставишь меня в Москву! Живым и невредимым!
- Даю слово.
- Я - Алишер Омарович Мансуров... В трезвом уме... Хочу дать признательные показания...
