Автор
В "Сломанной защите" читатели впервые познакомятся со странным и забавным перепиской между необычными людьми — главного героя, который кажется обычным парнем, и незнакомкой из сообщества поддержки. Атмосфера книги тонка и немного провокационна, как виртуальное общение на стороне, но зато здесь каждый может быть собой....
«Это еще дракона нет поблизости», — мелькает в голове, и я снова думаю об Андрее.
— Имейте в виду, я вас не удержу, — отвечаю, мягко освобождаясь из захвата. — Скорее вы меня утянете вниз.
— Уверяю, вместе мы как раз таки удержим друг друга.
Улыбка сходит с моего лица, мне практически не стыдно за недавний смех.
— Да-да, я помню вашу аналогию про веник и прутики, вместе мы непобедимы и все такое.
Он смотрит на меня излишне восторженно и заинтересованно. Знает от Оксаны, что мы встречались с Андреем и хочет разгадать, как много я значу для него? Или я ему просто понравилась?
Самые близкие люди ранят больнее всего, потому что знают, куда бить.
— Вы могли бы не рисковать здоровьем, а просто прислать смс, Виктор… напомните отчество?
— Можно просто Виктор, — кивает он. Мы с Богданом идем к крыльцу, Панков подстраивается под темп. — Та девушка на фото. Удалось выяснить, кто она. Представляете, это дочь его погибшей жены. Любопытные у него представления о чести и достоинстве.
— Разве? У нее же другая фамилия… А, наверное, фамилия отца… — я пораженно моргаю. Та самая девочка, что осталась сиротой. Я ни разу не спрашивала, общаются ли они.
— Да, все верно. Так что, Лидия, может, позавтракаем вместе и все обговорим? Я расскажу, что мы сделаем и как все пройдет.
— Боже, она же сиротка. Какое вы… чудовище, — говорю растерянно.
— Я чудовище?! Почему?!
Я смотрю на Богдана умоляюще, тот отвечает в своей привычной угрожающей манере:
— Отойдите на три метра, Лидии Николаевне не хватает кислорода.
Панков замолкает и останавливается, но я знаю, что смотрит мне вслед. Едва я захожу в здание, понимаю, что меня начинает потряхивать.
Если я легко могу поверить в то, что у Андрея есть или была связь с девушкой намного младше, — меня саму всегда привлекали исключительно взрослые мужчины, любопытные взгляды которых я ловила на себе чуть ли не с четырнадцати лет, — то смириться с тем, что его любовница — та самая девочка, которая прибегала в его с женой спальню ночью из-за кошмаров, я отказываюсь категорически!
И как только я это осознаю, картинка перед глазами вдруг складывается сама собой, становится цельной и красочной.
