Автор
Моему сердцу это открытие причинило боль. Мы стояли в зале суда, словно два раздавленных мечтателя, когда Кейд наконец подал голос. Только тогда я осознала, что всё закончилось. Я кивнула и последовала за ним через дверь судебного зала, ощущая холод наружу и шепот времени вокруг нас....
Хм, я как-то не задумывалась об этом, но после слов подруги это даже приносит какое-то изощренное удовольствие. Будто это мой маленький протест против… нет, не группы, а Кейда – Засранца – Фостера.
– Как знаешь, но я не одобряю! – наставляет на меня палец Кесседи, на что я только закатываю глаза.
Когда мы готовы к выходу, Кесседи прощается с Хэнком – он не может пойти с нами, так как у него ночная смена в больнице. Хэнк работает медбратом на скорой и одновременно учится на анестезиолога.
Мозгов у этого парня больше, чем может показаться на первый взгляд.
"Мы решаем взять такси – вполне возможно, что мы захотим продолжить вечер с крепкими алкогольными напитками. У нас с Кесседи вроде как сложилась небольшая традиция – в вечер пятницы пропустить по паре стаканчиков.
Более пары редко приходится. Ну ладно, не то чтобы редко, но мы не напиваемся каждую неделю.
Возле Голливуд-боул, я передаю Кесседи один из ламинированных пропусков на синем шнурке, и с его помощью мы беспрепятственно проходим все посты охраны.
Мы успеваем пройти до того, как начинают запускать зрителей. В основном это девушки: шумные, возбужденные и полные надежды, что именно ее заметит горячий музыкант, после чего захочет провести с ней ночь.
Я была такой фанаткой, но после своего переезда в этот город и расставания с Райаном решила, что это надо прекратить. Я больше не могу бездумно бросаться в объятия очередного сумасшедшего рокера, каким бы огромным ни было искушение.
Группа еще даже не вышла на сцену, а вокруг творится какое-то безумие: девушки скандируют имя музыкантов, и чаще всего слышится «Кейд». Знали бы они, что это за тип – язвительно думаю про себя, игнорируя голосок внутри, говорящий, что, несмотря на отвратительный характер и поведение – он горяч. И сексуален.
Сексуальный музыкант с прической «трахну тебя десять раз за ночь» и голосом, от которого трусики становятся влажными.
Так, стоп! Что это за мысли такие?
«Господи, прекрати сейчас же!»
Пока я ругаю себя, Кесседи начинает подпрыгивать и – девчонка совсем умом тронулась! – со всеми скандировать имя Фостера.
– Мы же потом пойдем за кулисы, да, Лор? – Кесседи складывает ладони вместе и умоляюще смотрит на меня. – Я очень-очень хочу получить автографы группы!
Возможно, я мягкотелая, но я соглашаюсь, хотя и есть вероятность того, что мы с Кейдом столкнемся.
