Автор
Моему сердцу это открытие причинило боль. Мы стояли в зале суда, словно два раздавленных мечтателя, когда Кейд наконец подал голос. Только тогда я осознала, что всё закончилось. Я кивнула и последовала за ним через дверь судебного зала, ощущая холод наружу и шепот времени вокруг нас....
– Так что, старый огонь все еще горит? – он как-то слишком пристально посмотрел на меня, забирая у меня футболку, которую я протягивала ему. – Что собой представляет этот парень?"
"Голос у него был скучающе-любопытный, правда, я все равно насторожилась его интересом. Может быть, и глупо с моей стороны, но мне показалось, что в словах Фостера промелькнули ревностные нотки.
«Что, конечно же, неправда и лишь твое больное воображение», – тут же отозвался противный голос разума.
– Мы давно не виделись, – я немного растерянно пожала плечами (что можно сказать о человеке, которого шесть лет не видел?) – Марк – классный парень, таким я его запомнила.
Я и сама не знала, отчего вдруг ударилась в оправдания. Мне просто хотелось, чтобы Кейд не делал ошибочных выводов.
– Ну, не знаю, Ло, – он подошел к зеркалу, набрасывая поверх футболки – она была такой тонкой, что виднелись силуэты его татуировок – дизайнерский пиджак, за которым мне пришлось недавно съездить в мастерскую.
Я издала смешок, пытаясь скрыть то, насколько меня уязвили его слова. Неожиданно. Почему я так нелепо реагирую на его слова? Почему они ранят?
В этом нет никакого смысла.
– Учту твое замечание, – пряча руки в задних карманах джинсов, пробормотала я.
Кажется, Фостер и не заметил, что я вдруг как-то сникла и мой взгляд потускнел.
Он правда предложил мне не ограничиваться обычной встречей с Марком, а заняться с ним ни к чему не обязывающим сексом?
Сказал бы уже тогда: «Эй, Ло, иди и хорошенько потрахайся со своим старым дружком. Держу за тебя кулаки».
Вот урод!
У меня было около двух часов, чтобы съездить домой, переодеться и подготовиться к вечеру. Всю дорогу в машине я снова и снова думала над его словами. То есть, если бы ему было не все равно, и если бы он правда хоть немного ревновал, разве стал бы он предлагать мне то, что так явственно предложил?
Идиотка! Какая я же я идиотка! Напридумывала себе Бог весть что! А на деле – это всего лишь мои фантазии, и не больше.
