— Захар, мне больно, — негромко застонала Инна, прикусив губу.
Неожиданно Инна вскрикнула и вцепилась пальцами в его плечи, больно расцарапав кожу, а Захар, не желая останавливаться, прижимал ее все крепче.
Инна вскрикивала, стонала, царапала ногтями его спину и шею, а он, ничего не замечая, содрогался на ее нежном теле, как молодой взбесившийся дьявол. И вот, наконец, устав, он скатился в сторону, глубоко и удовлетворенно вздохнув.
Некоторое время они молчали, слушая музыку, доносившуюся из динамиков.
А потом Захар спросил, повернув голову:
Инна невесело улыбнулась:
— Тебе интересно знать, что думают в эту знаменательную минуту бедные девушки? — в ее словах сквозил неприкрытый сарказм:
— Поверь, ни о чем особенном. А вот ты, наверное, чувствуешь себя героем?
— Вовсе нет, — ответил Захар, — сейчас я чувствую себя как минимум волшебником. И знаешь почему?
— А потому что из девушки я сделал женщину, — почти торжественно заявил Захар.
— Ты тщеславен, — отметила Инна. В ее голосе не было никаких оттенков, простая констатация факта.
— Не без того. Ведь наш мир движут честолюбивые люди, остальные идут в прицепе, — сдержанно заметил Захар. — Просто люблю быть всюду первым. Ладно, что мы говорим о каких-то глупостях. Может, ты хочешь шампанское?
— Не откажусь, — согласилась девушка.
Она села на диван и укрылась легким покрывалом. Получилось что-то похожее на греческую тунику. Захар поднялся и, не стесняясь собственной наготы, подошел к столу и разлил шампанское в бокалы. От его внимания не укрылось, какими глазами оценила его фигуру Инна — быстро и одновременно очень цепко. Так смотреть может только опытная женщина, искушенная прелестями разврата, и только небольшое красное пятно на покрывале свидетельствовало, что это не так.
Захар сел рядом, слегка приобняв Инну. Все слова казались излишними, а потому следовало помолчать. Даже выпили без тоста, лишь слегка соприкоснувшись бокалами.
Пустые бокалы поставили рядом, на пол.
Захар предпринял попытку прижать к себе Инну покрепче и продолжить начатое, но неожиданно натолкнулся на уверенное и крепкое сопротивление девушки.
— Не надо, — виновато произнесла она, — у меня там все болит.
— Понимаю. — Голос Захара звучал почти виновато.
— Я сейчас приду, мне надо в душ, — тихо произнесла Инна и, прижав к груди покрывало, заторопилась в ванную.
Раздался плеск воды. Совсем неожиданно он подействовал на Захара убаюкивающе. Сон навалился на него тяжелой плитой.