По отдельности все это весьма занимательно, но не более того. Но, Ваше величество, не так давно я убедилась, что многие из странностей, происходивших в последнее время, тесно взаимосвязаны, и это дело рук одного и того же человека.
– Вот как… – произнес Арнелий нейтральным тоном. – Продолжайте, прошу вас.
– Корни этой истории кроются в не столь уж отдаленном прошлом, – сказала я. – И, представьте себе, не последнюю роль в ней сыграл хорошо знакомый вам Ференц Лагарста, а также некто Вергий Старсис. Ваше величество, вам ведь знакомо это имя?
– Да, госпожа Нарен, – ответил Арнелий, заметно суровея. – Похоже, вы нашли нечто в самом деле любопытное. Говорите же!
И я в который уже раз за последние несколько дней пересказала историю, начавшуюся не год и не два назад.
– Я права, Ваше величество, Лагарста был тайным агентом? – поинтересовалась я между делом. Арнелий кивнул. – Уж мне-то вы могли об этом сказать!
– Простите, госпожа Нарен, – развел руками Арнелий. – Привычка. Ференц в самом деле был агентом, с очень хорошим прикрытием, и если бы не тот случай…
Король сокрушенно покачал головой, а я продолжила.
– Ни он, ни Старсис не докладывали о своих подозрениях? – спросила я, закончив рассказ, хотя по лицу Арнелия и так ясно было, что он слышит это в первый раз.
– Нет, – ответил король. Он заметно помрачнел. – Ференц, очевидно, не имел такой возможности, а Вергий… ну, Вергий всегда старался сперва собрать неопровержимые доказательства.
– В этом случае ему стоило поступиться привычками, – вздохнула я. – Что ж, Ваше величество, я рассказала все, что мне удалось узнать. – Здесь я немного покривила душой: хотя я и рассказала о самом первом покушении на свою персону, правды о принцессе Майрин я так и не выдала. Это все же не имело большого отношения к делу. – Как видите, наш неизвестный по прозвищу Наор не успокоился до сих пор.
– Вы считаете, что визит господина Бораса имеет отношение к этой истории?
– Я в этом более чем уверена, – ответила я. – Похоже, Наор снова начал действовать, и, как я и предполагала, через Его величество Никкея. Ну а Борас… Не возьмусь сказать наверняка. Его могут использовать втемную, но с тем же успехом он может действовать вполне сознательно. В его случае, видите ли, сложно говорить о чем-то определенно…
Да, завязывалось что-то в высшей степени интересное. Более чем интересное, а благодаря присутствию Бораса – так и просто выходящее за рамки привычного. Там, где объявлялся Борас, всегда что-то случалось. Или же, наоборот, он просто обладал способностью оказываться в центре событий, не берусь сказать наверняка.