Правда, из-за моих манипуляций ручей станет мертвым на много дней пути вверх и вниз по течению, в нем еще много лет ничто не сможет жить, но… Себя я ценила намного больше живой природы.
– Лауринь… – сделав над собой усилие, выговорила я. – Кол… вытащите его…
– Но… – вскинулся было Лауринь, но, очевидно, решил – я знаю, что делаю.
Первая попытка оказалась неудачной, к тому же у лейтенанта тряслись руки.
– Дурак, – прошипела я. – Сильнее тяните… ногой упритесь, что ли…
На этот раз у Лауриня получилось.
– Отойдите подальше, – велела я сквозь зубы. – Не вздумайте до меня дотронуться… и к воде… не подходите…
А дальше опять навалилась чернота, сознание предпочло отключиться, чтобы не мешать организму залечивать раны. Только бы Лауринь не вздумал сунуться ко мне; в таком состоянии мне все равно, что использовать – энергию ли стихии, живого ли существа. Крупное живое существо, кстати, предпочтительнее, так что опасность Лауриню грозила нешуточная…
Когда я во второй раз открыла глаза, солнце уже начало клониться к закату. Я прислушалась к себе. Так, ногами пошевелить могу, рваных ран на теле вроде бы нет, боль вполне терпима. Остальное несущественно.
Попытка сесть увенчалась успехом. Я огляделась. М-да… Ручей, считай, погиб, равно как и вся обитавшая в нем водная мелочь. Да что там, в окружности диаметром шагов двадцать, центром которой являлась я, трава пожухла и пожелтела, а какой-то куст лишился листвы и скукожился, будто от сильного мороза.
Лауринь обнаружился неподалеку. Сидя на земле, он с сосредоточенным видом затягивал зубами самодельную повязку на плече. Похоже, его все же зацепило. Заметив мои телодвижения, лейтенант заметно оживился, однако остался на месте.
– Можете подойти, – сказала я, облизнув сухие губы. – Теперь тут безопасно.
– Фло… – Лауринь мигом оказался рядом. Как себя вести в подобных ситуациях и что говорить, он не знал. – Вы…
– Я жива, Лауринь, – сказала я. – Во многом благодаря вам. По-моему, у нас становится традицией спасать друг другу жизнь, вы не находите?
– Да, только я явно отстаю по счету, – неожиданно озорно улыбнулся Лауринь.
– А вас это, конечно, огорчает, – усмехнулась я.
– Н-нет… вы не так поняли, – разом смешался лейтенант. – Я не то хотел сказать…
– Ладно, неважно, – решила я сменить тему. – Вы не в курсе, чем кончилось побоище?
– Нет, – мотнул вихрастой головой Лауринь. – Когда вы упали, началось такое… Я, если честно, не оглядывался, не до того было.
– Понятно… – вздохнула я. – Как вы вообще ухитрились меня поднять и дотащить сюда?
– Не знаю, – честно ответил Лауринь. – А что было делать?
– Да, делать нечего, – сказала я себе под нос. – Хорошо. Вернее, ничего хорошего.