На меня растерянно оборачивались гости, но я думала только о том, как поскорее сбежать, и больше не видеть того, от кого все нутро выворачивает от боли.
— Сайшела! — от бархатного глубокого голоса, разнесшегося по всему залу, зазвенело все тело, умоляя замереть и обернуться.
Черт, я же сейчас умру…
Поддавшись, я увидела стремительно направляющегося ко мне орионца. Во рту пересохло, а когда он снова повторил моё имя так, как его произносил лишь он, я поняла, что пропала.
Моё тело завибрировало, издавая яркое сияние, тут же потянувшееся к телу мужчины. Моя энергия ластилась об него, закутывая в кокон, она признавал его, демонстрировала мои чувства к Сириусу, и заявляла на него свои права, демонстрируя всем, что моя душа признала его своей парой.
Черт! Черт! Только не сейчас! Не он!
Мужчина, как и все в зале, замерли, заворожено наблюдая за волшебством. Я же, решила воспользоваться моментом и, быстро метнувшись к Кариму, схватила того за руку, потянув на выход.
Он не сопротивлялся. Никогда. Жажда приключений бурлила в его крови, и все поняв без слов, мужчина помчался на выход из дома, утягивая меня следом.
Поглощенная желанием сбежать, я не заметила, как мой отец остановил бросившегося за нами следом Сириуса.
— Ну ты и выкинула номер, подруга, — издевательски протянул Карим, цокнув языком, размещаясь поудобнее в кресле пилота.
С приёма мы сбежали именно на корабль друга, ведь погони можно было избежать только покинув пределы дома.
Правда, погони не было…
Меня трясло, в прямом смысле слова. Слезы катились градом, и даже сумасшедший бег не отвлек от внутреннего раздрая.
Он настоящий. В моем доме. Реальный…
— Эй, мелкая? — щёлкнул Карим пальцами перед моим лицом. — Ты где, прием?
Сжавшись в комок, и обхватив колени руками, я сидела на полу, и, кажется, выпала из реальности.
— Поцелуй меня! — вскинув голову, решительно посмотрела другу в лицо.
Мне было жизненно важно предпринять какие-либо меры, чтобы выкинуть из головы Сириуса. Его появление выбило почву из-под ног, я будто оказалась во сне, и никак не могла проснуться.
События семилетней давности ожили, бередя старую рану. Боже, я приходила в себя так долго, столько лет я провела в бездне апатий и депрессий.
