— Бедняга Джонатан! Бывает, отец действительно вспоминает об этом недобрым словом.
— Я понимаю его, а ты?
— Конечно, и Джонатан, думаю, будет молодцом. Мы все его очень любим!
— Очаровательный парень, разве что ему не хватает силы воли.
— Это был единственный случай! Не следует судить о человеке по одному поступку. А как дела у Амарилис?
— Скажешь ей, что я зайду завтра?
Питер взял меня за руку и надолго задержал ее в своих ладонях. Я никак не могла понять выражения его глаз.
Я была рада распрощаться с ним, поскольку чувствовала себя неловко в его присутствии. Я предположила, что во всем виновато прошлое, ведь когда-то я считала, что почти влюблена в него. Питер был привлекателен, а некоторая загадочность придавала ему очарование. Тогда я была молода и романтична. Я задумывалась — сколько же девушек влюблялось вовсе не в этого человека, а просто потому, что подошло время и кто-то подвернулся под руку? «Влюбиться в собственную любовь» — так это называют, и, должно быть, это явление весьма распространено. Я была готова влюбиться именно в Питера Лэнсдона. Романтические обстоятельства нашего знакомства, интерес, проявленный ко мне, и то, что я приняла за начало ухаживаний… Словом, как большинство девушек, я была готова влюбиться.
Теперь у меня появилось много времени для размышлений, и я поняла, что на самом деле никогда не могла бы по-настоящему полюбить Питера Лэнсдона. Было в нем что-то, отталкивавшее меня, какой-то элемент скрытности. Возможно, кого-то это заинтриговало, но у меня оставался в душе только неприятный осадок. Возможно, я сравнивала его с Эдвардом — настолько открытым, искренним, честным, что по сравнению с ним все остальные мужчины казались лицемерами.
На следующий день я навестила Амарилис. Внешние признаки беременности уже стали заметны. Она должна была родить в августе, а Елене сейчас было уже девять месяцев.
— Как поживаешь, плодоносящая лоза? — спросила я. Она поцеловала меня и сказала, что в последнее время стала чувствовать себя лучше.
— Тяжелее всего три первых месяца, — она.
— Тебе, конечно, видней, — сказала я. — Похоже, ты приобретешь большой опыт в этих делах!
— Что ж, следует мириться с некоторыми неприятными ощущениями, зато как чудесно, когда ребенок появляется на свет!
Она задумчиво поглядела на меня:
— Я часто думаю о тебе…
— Ну, теперь у тебя появятся более интересные темы для размышлений!
— Я… немножко беспокоюсь.
— Я понимаю, что Эдвард очень милый человек, но жизнь… Моя мать говорит…
— Хватит об этом. Со мной все в порядке. Я живу той жизнью, которую избрала сама! Вчера я виделась с Питером.
— Да? — она бросила на меня быстрый взгляд.
— Мы немножко поболтали.
— Он рассказывал мне.