— Почтенные саэры, чему обязана таким визитом? — вежливо осведомилась я у сборища, но мой вопрос просто самым наглым образом проигнорировали.
— Вот, уважаемый, только взгляните, — обратился Ингвар Гаюс к работнику магистрата. — Эта, с позволения сказать алхимичка, позволяет себе производить сложносоставные зелья и элементы без лицензии! Мало того, у нее еще и малолетний ребенок проживает. А согласно постановлению сорок восемь «бэ» дети до десяти лет не могут проживать рядом с потенциально взрывоопасным алхимическим производством. Требую немедленно прикрыть этот вертеп, а несчастную малютку о срочно изъять и поместить в приют.
— А вот я требую объяснений! — повысила я голос. — Что здесь происходит?
— Саэра Вингольд, — вперед выступил чиновник магистрата. — На работу вашей Алхимической лавки поступил целый ряд жалоб на нарушения законодательства. Позвольте мы осмотрим лабораторию.
— Не позволю, — встала я в позу, демонстративно складывая руки на груди. — Саэр Хайнц, насколько я знаю алхимия, как и производство артефактов, а также магических кристаллов отнесено к «тайной» деятельности. И согласно Указу его Величества, мастера могут никого не впускать, чтобы не выдать свои секреты и рецепты. Или у вас есть постановление суда или прокурора?
— Ага! — вновь завелся крикливый конкурент. — Отпирается!
— Ингвар-Ингвар, а ты все никак не угомонишься… — за моей спиной прозвучал пожилой, но все еще звучный голос Шарля Вингольда. — Зря я пытался из дерьма человека сделать. Такое как ты только и умеет что вонять и другим гадить. Что, думаешь, не догадался я, из-за кого в тот день взрыв в лаборатории произошел?
— М-мастер⁈ — воскликнул конкурент неожиданно тонким фальцетом. — Ч-что⁈ К-как вы тут… И это не я был! У вас нет доказательств!
— Ты-ты, — хмыкнул дедуля. — А я тут обыкновенно. Приехал вот, внучку свою премудростям алхимическим учу, в подмастерья взял. Работаем помаленьку, заказы берем. Лицензия моя в порядке. Проверяйте хоть обпроверяйтесь все.
Этот момент мы успели обсудить с первого дня появления дедули Шарля. Лицензия алхимику выдавалась пожизненно и хотя ее могли отозвать, скажем, за совершение преступления, но у мастера Вингольда она, естественно, все еще была действующая.
— Допустим, — согласился саэр Хайнц, делая себе какую-то отметку и бросая злой взгляд на Ингвара, мол «Во что ты тут меня втягиваешь⁈» — А что на счет некой Хани Поттер? У вас в Алхимической Лавке действительно проживает малолетний ребенок?
— Не совсем, — пробормотала я.
— Не совсем ребенок или не совсем живет?
— Хани Поттер находится под опекой Академии и находится в Лавке как воспитанница этого учебного заведения. А в законе сказано лишь о личных и приемных детях.