Мой экипаж подали быстро. Кстати, еще и поэтому я люблю уезжать со всевозможных пышных мероприятий или раньше, или позже основной массы гостей: когда бóльшая часть народу собирается по домам, у парадного подъезда не развернуться, сколько раз кареты сцеплялись колесами! Шум, гам, кучера кричат на лошадей, хозяева на кучеров, свистят бичи, лошади истошно ржут… Словом, достойное завершение званого вечера.
По дороге лейтенант мне не докучал, его лошадь смирно цокала копытами по правую сторону от моего экипажа, и я уж начала было надеяться, что неожиданно напавший на Лауриня приступ подозрительной храбрости тем и окончится. Однако, как вскоре выяснилось, надеялась я зря.
Дождавшись, пока я отпущу экипаж, Лауринь поднялся на крыльцо, явно собираясь распахнуть передо мной дверь. Это уж вовсе ни в какие ворота не лезло.
– Лейтенант, ваше внимание становится навязчивым и, мягко говоря, обременительным, – заметила я, проходя мимо него. – Вы не могли бы покинуть мой дом, мой двор и желательно эту улицу?
– Конечно, госпожа Нарен, как вам будет угодно, – чуть наклонил вихрастую голову Лауринь и заговорил неожиданно гладко: – Как только я буду уверен, что вы благополучно добрались до своих покоев, я немедленно удалюсь и не буду больше вам докучать.
– Да что вы несете… – начала было я, но тут же вспомнила: конечно же, идиотские придворные правила. Хотя, наверно, кому-то они нравились. Если кавалер вызывался проводить даму до дома и она не возражала, это отнюдь не означало, что они распрощаются у дверей этого самого дома. О нет, кавалер обязан был доставить даму чуть ли не до самой ее опочивальни, и надо ли говорить, что частенько прощание откладывалось до утра? Но с какой стати Лауриню взбрело в голову исполнять этот дурацкий ритуал? Нет ответа…
Я вздохнула.
– Ладно, я поняла, так просто я от вас не отделаюсь. Надо думать, убеждать вас, что я способна сама подняться на десять ступеней и не свернуть себе при этом шею, бесполезно? – Я бросила взгляд на Лауриня. – Так я и думала. Ладно, провожайте, только побыстрее, прошу вас!"
"Хвала всем богам, у меня не огромный особняк с анфиладами комнат и бесконечными лестницами! Ступеней в самом деле всего десять, вот, наконец, второй этаж и дверь, ведущая в мои комнаты.
– Мы прибыли, господин лейтенант, – сказала я, распахивая дверь. – Вот, можете убедиться, никаких бандитов за портьерами и под комодом не прячется, моей чести ничто не угрожает, а потому проваливайте, я очень вас прошу! После этого дурацкого бала я безумно хочу спать…
С этими словами я, уже не обращая внимания на Лауриня, бросила на столик кольца, стянула импровизированный головной убор и начала расплетать косы.