Лейтенанта я встретила уже полностью облаченной. Если честно, я не сразу услышала, как он подошел, и еще подумала: ведь может же, когда захочет, не топать, как плохо воспитанная лошадь!
– Ну, что там? – спросила я, грызя травинку. Травинка была невкусная, осенняя, но больше занять себя было нечем, трубка где-то потерялась.
– Ничего, – ответил Лауринь, усевшись рядом со мной на траву. – И никого. Живых то есть… А мертвых много. – Его явственно передернуло. – И в наших цветах, и в их тоже… Поди пойми, кто кого.
Я только вздохнула. Да, пожалуй, мальчишка, сроду не бывавший на войне, не разберется в многочисленных следах, оставленных двумя отрядами. Ну, ничего. Теперь главное – выбраться отсюда, и поскорее.
– А вы сможете идти? – тут же поинтересовался Лауринь. Очевидно, последнюю фразу я произнесла вслух."
"– Куда я денусь, – хмыкнула я, вставая. Увы, сделала я это слишком резко, и меня сильно шатнуло. В целом было ясно: хотя стоять и даже совершать некоторые движения, не требующие серьезных усилий (ухитрилась же я искупаться!), я способна, а вот насчет идти…
Впрочем, сказать что-либо по этому поводу я не успела – Лауринь молча подставил мне плечо. Так, пожалуй, даже удобно, что он ниже меня ростом… Вот только стоило мне всем своим немаленьким весом навалиться на лейтенанта, как лицо его перекосилось от боли.
– Эт-то еще что за новости? – поинтересовалась я, снимая руку с плеча Лауриня и внезапно припоминая его давешние манипуляции с перевязкой. – Вы ранены? А ну, дайте взглянуть!
– Не надо, – запротестовал лейтенант. – Такая ерунда, право, а вы и без того…
Однако по его побелевшему лицу и выступившей на лбу испарине видно было, что «ерунда» таковой отнюдь не является. Присохшую повязку пришлось отдирать, Лауринь шипел сквозь зубы, но терпел.
– Ого! – только и сказала я, когда размотала наконец неровно намотанную повязку. Похоже, Лауриня вскользь зацепил кто-то из магов – на плече красовался глубокий рубец, не ожог, но что-то вроде… Чуть левее – и быть бы ему без руки. И с такой вот раной он сперва выволок меня с поля боя, потом еще дважды проделал тот же путь, и до сих пор ухитряется оставаться на ногах? Я невольно зауважала мальчишку. – Да что вы дергаетесь?
Лауринь угрюмо молчал, так что мне пришлось прекратить свои манипуляции и кратко пояснить ему ситуацию:
– Лауринь, я предпочитаю, чтобы в нашем дуэте, раз уж нам так не повезло остаться в этом треклятом лесу вдвоем, был всего один калека. По странному стечению обстоятельств, этим временным калекой буду я. Поверьте, вылечить вас мне не трудно, большого значения эти затраты энергии для меня не имеют, чуть больше, чуть меньше, роли уже не играет. – Я перевела дыхание и закончила: – Поэтому прекратите геройствовать.