В темноте и тиши квартиры ты пробираешься через коридор, ожидая, что тебя разоблачат. Вдруг вспыхивает свет, и ты видишь взлохмаченную голову Женьки — она тоже не спит. Атмосфера напряженная, как будто вы оба знаете что-то неведомое о своем состоянии.
Похоже, «Случайная беременность» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Что ты почувствовала, когда увидела меня в первый раз? Отвращение? Страх?
– Я запала на твой шрам, – призналась как на духу. – Именно он привлек меня. Честно. Я бы и не заметила тебя в другом случае. У нас каждый день десятки красивых мужчин мелькали. А ты выделился. И запомнился.
– Нечасто такие франкенштейны захаживают?
– Я не стану тебя переубеждать сейчас, но и врать не хочу. Ты красивый, Дима. И твой шрам не уродует тебя. Абсолютно. Я лично каждый день в офисе любовалась тобой. Тайком. Когда ты не видел.
– А Артем? – огорошил неожиданно.
– При чем тут Артем?
– Он тебе разве не нравился?
– С какой стати? Я вообще не люблю такой слащавый тип мужчин. Он меня раздражает, если честно, просто я боялась откровенно грубить и портить отношения с сотрудниками на новом месте. Приходилось терпеть. И выкручиваться.
– Я видел, как ты после работы, соврав мне, что на машине, встречалась с ним.
– Когда? – вытаращилась на него возмущенно.
– Ты еще тогда букет от него приняла, – пропыхтел Пейрак, сверкая ревностью в глазах.
– А-а, – дошло, наконец, о каком случае он толкует, – так это ты мимо пролетел тогда на машине! Я еще подумала, мне показалось. Вот остался бы и досмотрел сцену. Ничего я от него не принимала! Хоть он и настойчиво впихивал. Я с момента, как тебя увидела, на других даже смотреть боялась. Нет, правда!
– Вот и не смотри. – Дима снова обнял меня, сжав, как в тисках. – Нечего!
– Ревнуешь? – облизнулась я довольной кошкой.
– Безумно! – глухо признался Пейрак. – Знаю, что это недостаток, но.
– А мне это даже нравится! Ты такой ми-и-илый становишься, – прижалась губами к его губам. – И я беременна! – выдохнула ему рот, зажмурив глаза, ожидая последующей реакции со страхом.
Как приговора.
Но он молчал.
Тянул время, наматывая мои нервы на тонкие шпажки."
"А когда я все-таки решилась открыть глаза, Дима улыбался, наблюдал за мной с интересом.
– Я знаю. Но ждал, когда ты сама признаешься.
– Тебе в больнице сказали?
– Клиника, куда нас привезли, принадлежит жене Алябьева.
– Это он тебе рассказал?
– Он вообще был уверен, что я в курсе. Пришел по-другому поводу.
– Так ты... рад? – сглотнула вязкую слюну.
Дима посмотрел на меня с такой нежностью, что в животе запорхали бабочки, щекоча крылышками. Взметнулись радостно вверх.
– Я люблю тебя, малышка, – глядя в глаза, уже без тени улыбки признался Пейрак, – и очень счастлив. Я хочу этого ребенка.
